Любовь и гром

— Не пойму, почему я все время забываю, как тебе не терпится положить конец нашему знакомству! Будь любезен, доставь меня до гостиницы — и ты свободен. Жалованье я отправлю на ранчо твоей сестры, как только прибудут деньги.

— Нет, не отправишь.

— Да, я…

— Нет… не отправишь, герцогиня.

Джослин поджала губы. Однажды он уже разговаривал с ней так надменно. Тогда она всего лишь хотела с ним поговорить. Теперь она уже не боялась этого сурового лица. И даже позволила злости подавить боль. Так, значит, ему не терпится? Значит, он хочет порвать с ней все связи немедленно? После проведенной вместе недели она было подумала, что стала понимать его немного лучше.

— Если ты беспокоишься, что я лично привезу деньги, то не волнуйся. Уверяю тебя, ты меня больше не увидишь. Но, безусловно, я не вожу с собой таких денег в чемодане. Если ты не можешь подождать прибытия фургонов, я телеграфирую в мой ближайший банк, и деньги переведут… Теперь-то что не так? — спросила она, увидев, что он покачал головой.

— Только попробуй заплатить, и я сожгу эти деньги. Они никогда не были мне нужны, и ты это прекрасно знаешь. Просто переправь жеребенка, когда его можно будет оторвать от матери, и мы квиты.

— Значит, ты выполнял столь ненавистную тебе работу даром? По крайней мере позволь мне выплатить тебе премиальные…

— Нет.

Она мрачно посмотрела на него.

— Ты твердо вознамерился внушить мне чувство вины за то, что я использовала тебя, не так ли? В таком случае вынуждена тебя разочаровать.

С этими словами она подхватила чемоданчик и вышла из вагона. Кольт заскрежетал зубами и сплюнул от злости. Если бы его седельные сумки не остались в спальном отделении, он бросился бы за ней. Чертова баба! Теперь он еще будет виноват в том, что не взял с нее денег! Единственное, чего он хочет, это убраться от нее подальше, пока не сотворил какой-нибудь глупости, например не сказал ей о своих чувствах. Можно себе представить, как она отреагирует на такое признание! Помчится прочь быстрее лани! Если сперва не рассмеется в лицо.

Кольт вспомнил слова, сказанные ею перед тем, как они отправились в салун: у нее больше не будет подобной возможности. Едва только к ним присоединится свита, все ее маленькие вольности кончатся. То же относится и к нему, и он понимал это. Может, она и весьма охотно делила с ним одеяло, пока они были одни и их никто не видел. Но здесь ее ожидали несколько человек из свиты.