Лисий капкан

И вовсе не от боли, а из-за маминых слов: «В нашем доме никогда не будет жить это чудовище!»

Именно с этими словами она выходила из того дома, где так и остался мой Фараоша…

Дом напротив осветили фары, а затем в наш двор заехала черная машина. Я встала, поставила чашку на подоконник и высунула голову на улицу. Черный «опель» проехал по моему двору, качаясь на ямах, и припарковался у соседней одноподъездной пятиэтажки. Из машины вышел Сокол, достал из багажника спортивную сумку, закинул ее на плечо, подошел к подъезду и подкурил сигарету.

– Наверное, с тренировки, раз с сумкой? – рассуждала я вполголоса.

И вдруг ко мне в голову закралась идея.

Я скинула халат, запрыгнула в спортивки и толстовку, надела на голову капюшон, взяла нож и побежала на улицу.

Глава 13

– Ну давай же, терминатор, расслабься, тебе понравится!

– Пожалуйста, отпустите меня, умоляю вас, отпустите.

– Поздно, куколка, – пропыхтел он прямо мне в лицо и поцеловал в губы. – Сорока берет то, что блестит, а Сокол всегда берет то, что ему нравится! – И он рывком задрал юбку.

– Я дам вам всем денег, хотите? Я дам, честно!

– Всем? Дашь нам всем? Ха-ха, парни, смотрите, даже уговаривать не пришлось – она даст нам всем!

– Нет, нет, умоляю, не надо! Отпустите меня! Отпустите! Отпустите!

Я открыла глаза, договаривая последнее слово.

Мой лоб покрылся холодным потом, простыня подо мной была настолько сырая, словно на нее вылили ведро воды. Дрожащими руками я вцепилась в одеяло.

– Это сон… сон… – шептала я. – Снова этот кошмар…

Коридор, кухня, выключатель, кружка, графин с водой, ванная, холодный душ, мыло, губка и желание снять с себя кожу, к которой он прикасался.

Раньше после таких кошмаров я рыдала в ванной. Но с каждым погружением в тот вечер на озере я становилась сильнее, одержимее, опаснее. Душевнобольным достаточно дождаться наступления весны и осени для изменения психических процессов в организме, ну а мне – уснуть и посмотреть фильм, в котором в главных ролях я и Сокол.

3:15. Нужно бы еще поспать. Будильник зазвонит только в шесть. Но этой ночью я больше не сомкнула глаз. Около пяти утра начался дождь, добавив ложку дегтя в бочку моего дрянного настроения. За завтраком и кусок в горло не лез. И было дикое желание убить Сокола прямо сейчас. Но потом я сяду в тюрьму… и еще раз испорчу себе жизнь из-за этого ублюдка.