Лёд и Пламя

 — Этот светловолосый малый, который все время следует за мистером Таггертом, час назад зашел к нам и попросил двенадцать колец, все для мисс Хьюстон.

— Их выбирал не мистер Таггерт? — спросила Хьюстон.

— Идея была его. Так сказал этот светловолосый человек."

"Очень спокойно Хьюстон поднялась с места, держа в руках закрытую коробку с кольцами.

— Большое спасибо, мистер Уэзерли, что вы пришли самолично, чтобы принести кольца. Наверное, ты хочешь посмотреть их, мама, — сказала она, протягивая коробку Опал.

 — Их надо будет померить. До свидания, мистер Уэзерли.

Когда Хьюстон поднималась наверх в свою комнату, на душе у нее стало легче. Дело было не в кольцах, а в том, что он прочел ее записку и все еще собирается жениться на ней. Важно было именно это. Конечно, он не просил о встрече с ней, но скоро они поженятся и будут видеться каждый день.

Поднявшись в свою комнату, она стала переодеваться к обеду.

Хьюстон улыбнулась Марку Фентону, сидящему напротив нее в «Чайном магазине» мисс Эмили, где царили тишина и покой.

Недалеко от них сидела Опал, стараясь не мешать им. Мистер Гейтс настоял на том, чтобы Опал сопровождала Хьюстон, потому что, как он сказал, больше не верит в нравственность молодых американцев.

Марк был симпатичным молодым человеком, низкого роста, коренастым, светловолосым, с широко расставленными голубыми глазами и заразительным смехом.

— Слышал о твоей добыче, Хьюстон. Это просто событие сезона, — сказал Марк, кладя на тарелку следующий кусок пирога с изюмом.

 — Весь город перешептывается о том, какой он наполовину дикарь, а наполовину рыцарь на белом коне. Который же из них настоящий Кейн Таггерт? — спросил он, подмигивая.

— Я подумала, может быть, ты мне расскажешь об этом. Мистер Таггерт когда-то работал на вас.

— Он ушел, когда мне было семь лет! Я почти не помню этого человека.

— А что ты помнишь?

— Я боялся его до смерти, — рассмеялся Марк. — Он управлял этой конюшней, как будто она была его собственностью, и никто, в том числе и отец, туда не вторгался.

— Даже твоя сестра Памела? — спросила Хьюстон, поигрывая чашкой.

— Так вот о чем ты хочешь узнать, — он снова рассмеялся. — Я ничего не знал о том, что происходит. Однажды оба — и Таггерт, и моя сестра — уехали. Знаешь, я до сих пор немного нервничаю, когда беру лошадь, не спросив разрешения.

— Почему уехала твоя сестра? — настаивала Хьюстон.

— Отец сразу же выдал ее замуж.