Лёд и Пламя

Ты хотел дом, который бы поразил мистера Фентона, ты хотел жену, чтобы похвастаться перед ним. Не важно, что дом стоил миллионы, а жена тоже живое существо со своими собственными чувствами. Тебе все одно. Ты должен настоять на своем, и берегись тот, кто попытается тебе перечить.

Кейн, не говоря ни слова, покинул комнату.

Бриллианты сверкали на коленях Хьюстон, не глядя, она ссыпала их на покрывало, поднимаясь с постели.

Она проводила дни за чтением в своей гостиной. Слуги приходили к ней по разным вопросам, но в остальное время она оставалась одна.

Спустя неделю после ее возвращения он ворвался в ее комнату, сжимая в руке банковские счета.

— Какого черта это все должно означать? — заорал он. — Со счета миссис Хьюстон Чандлер Таггерт были сняты деньги за стиральный порошок, два ярда тесьмы и оплату телефонных разговоров из дома Таггерта.

— Мне кажется, я единственная, кто пользуется здесь телефоном, поэтому я должна за него платить.

Он сел в кресло напротив нее:

— Хьюстон, я когда-нибудь был скупым по отношению к тебе? Я когда-нибудь жаловался на то, сколько ты тратишь? Я когда-нибудь говорил или делал что-либо, что могло заставить тебя подумать, будто я прячу от тебя деньги?

— Ты обвинил меня, что я вышла за тебя ради твоих денег, — холодно ответила она. — Раз ты так дорожишь своими деньгами, то можешь их себе оставить.

Он было начал говорить, но неожиданно закрыл рот. Он долго смотрел на счета, а потом наконец тихо заговорил.

— Я сегодня уезжаю в Денвер, и меня не будет около трех дней. Я бы хотел, чтобы ты оставалась дома. Я не хочу, чтобы ты попала в какую-нибудь беду, например, пытаясь устроить беспорядок на угольных шахтах."

"— И что ты сделаешь с невинными людьми, если я попытаюсь? Выбросишь пару семей на холод?

— Если ты не заметила, сейчас все еще лето.

Он подошел к двери:

— Ты меня не очень-то хорошо знаешь, верно? Я прикажу, чтобы банк присылал мне твои счета.

С этим он оставил ее одну.

Как только он вышел, она направилась к окну и посмотрела на раскинувшийся внизу город.

— Ты меня тоже не очень хорошо знаешь, Кейн Таггерт, — прошептала она. — Ты не сможешь навечно засадить меня в этом доме.

Через три часа, убедившись, что Кейн уехал из дома, она позвонила преподобному Томасу и велела ему готовить повозку, потому что завтра Сэйди собирается навестить шахту «Маленькая Памела».