Линия мести

Увы, я их не обнаружила. Скорее всего, санитарка просушивает перчатки в своей комнате."

"Что поделаешь — хочешь не хочешь, а содержимое ведра осмотреть нужно. Конечно, если Оля оставила предсмертную записку, ее уже нашли — зачем женщине выбрасывать ее в ведро? Но если я не проверю мусорку, то не буду спокойна. В конце концов, я же не в экскрементах и не во внутренностях собралась рыться!

Я глубоко вдохнула и принялась за исследование содержимого ведра. Туалетная бумага, кожура от мандарина, обертка от конфеты… Хорошо еще, что ведро не полное.

Точнее, хорошо, что уборщица не выбросила мусор, оставила мне возможность найти хоть какие-то улики! Эй, Женя, приходи в себя! Ты телохранитель, а иногда и детектив по совместительству и этому ведру должна радоваться, как подарку судьбы! Еще бы мои старания не оказались напрасными…

Среди скомканных туалетных бумажек я внезапно увидела клочок тетрадного листа в клетку. Так-так, это уже интересно… Я быстро вытащила бумажку из ведра, озираясь в опасениях, что в туалет зайдет кто-нибудь из пациентов и мне придется объяснять, что я делаю в неисправной кабинке.

Но пока мне везло — никого не было, и я внимательно рассмотрела найденный мною клочок.

Это была записка, написанная печатными буквами. Черными чернилами были накорябаны три слова, значение которых стало мне ясно.

«Он ждет тебя».

У меня не оставалось никаких сомнений в том, кто выбросил записку в мусорное ведро. Может, Оля не выбрасывала ее, а держала в руках, а бумажка попросту упала в ведро.

Места в кабинке немного, поэтому ничего странного, что записка не оказалась на полу. Возможно, Оля выбросила ее сознательно — этого я знать наверняка не могу и вряд ли когда-либо узнаю. Но маловероятно, что это написала сама самоубийца — скорее всего, кто-то дал Оле записку, и это стало решающим для нее событием. Несчастная женщина и правда поверила, что на том свете ее ждет любимый Коля, со смертью которого она так и не смогла смириться.

Я еще раз оглядела ведро и, сжимая бумажку в руках, вышла из туалета.

Да, несчастная женщина покончила с собой сама, но ведь кто-то подтолкнул ее к этому шагу.

В палате я еще раз осмотрела Олину прикроватную тумбочку. Я уже говорила, что личных вещей у женщины не было — никаких художественных книг, одежды и прочего, только зубная паста и щетка. Даже тапки ей выдали больничные — было видно, что никто не собирал вещи несчастной для клиники. От моей соседки по палате не осталось ничего, кроме воспоминаний.