Линия мести

Коля ведь знал, что я обожаю читать… Я ему подарила свитер — сама связала, это моя первая работа. Свитер получился не очень ровный, кое-где петли отличались друг от друга, но я очень старалась. Нашла в Интернете схему, долго тренировалась вывязывать сложный для меня рисунок. В основном вязала свитер на работе, чтобы Коля не видел. Мы ведь с ним приходили домой примерно в одно и то же время, вот и не получалось вязать вечером. Зато вставала я раньше и, пока готовила завтрак, тоже вязала… Коля сразу надел мой свитер и сказал, что это самая красивая вещь, которая у него только была.

Этот свитер, он был темно-синего цвета — Коля любил этот цвет больше других. Я этот чертов свитер… ему в гроб положила…

Оля резко осеклась и закрыла лицо руками. Я услышала ее судорожные всхлипывания. Но, прежде чем я успела что-либо сказать, женщина продолжила:"

"— Только неделя прошла с празднования Нового года. Я вышла на работу — у меня студенты сдавали экзамены. А Коля дома оставался. Он взял на работе отгул — мне сказал, что не очень хорошо себя чувствует.

Я решила, что он вирус подхватил — Наташа ведь болела, но все равно пришла тогда в гости Новый год отмечать. Думала, посидит дома и выздоровеет. Но Коля не выздоравливал. Он почти ничего не ел, говорил, что его тошнит, но это пройдет. Поздно я спохватилась и настояла на том, чтобы он в больницу пошел и анализы сдал. Если бы мы раньше к врачам обратились, может, Коля бы и остался жив…

Поставили рак печени. Как, почему, откуда — неизвестно.

Коля ведь здоровый образ жизни вел, не пил, не курил, мы никогда не покупали полуфабрикаты и не ели в Макдоналдсе. Коля ведь летом по утрам бегал и в бассейн ходил. Я тоже хотела с ним за компанию, но у меня с физической культурой всегда плохо было… Я буквально заставила его лечь в больницу — он до последнего сопротивлялся, отказывался. Говорил, что он дома быстрее выздоровеет, что будет лечиться народными средствами, что он сильный и справится. Он очень верил в то, что вылечится. Он держался и шутил, а я плакала…

Я нашла лучшую клинику в городе, где согласились прооперировать Колю. Если бы они отказались это сделать, я бы поехала с ним в Москву — плевать мне на деньги, главным было вылечить Колю. Но ехать не пришлось — в больнице назначили день операции, и я решила, что врачи точно помогут.

В день операции, точнее, ночью, мне приснился сон — будто Коля купил нам фургончик на колесиках и сказал, что мы теперь будем много путешествовать.