Личный трофей опального генерала-2

Это понятно?

— Да-а, — испуганно проблеяла девица. — Хорошо, — пролепетала, собравшись духом.

Кирсанов покосился на ободранную девчонку, больше напоминавшую взъерошенного тощего воробья. Испуганного, с подбитым крылом.

— А что же вы сегодня без Красного Перца? — улыбнувшись, осведомился он у девчонки от нечего делать.

— А у него проблемы, — поджав губы, серьезно пробормотала она.

— Бывает, — усмехнулся Кирсанов. — Наверное, не может придумать новые рифмы для известного слова из трех букв…

— Зря вы так, — в сердцах выдохнула девица.

 — У него любимая девушка в аварию попала. Теперь с гематомой в больнице лежит! Он к ней поехал! — заявила она, надеясь этой информацией пристыдить Кирсанова.

«Точно ноги выдергаю, чуть только около «Нейрона» замечу» — мысленно прорычал он и всплеснул руками.

— Какая еще девушка? — бросил ворчливо. — По нашим данным у него жена и трое детей, — бодро соврал Кирсанов и заметил, как у девчонки вытянулась от удивления рожица.

— Как трое детей? Мы с ним встречались полгода, и он уверял, что не женат, — не сдержавшись выпалила Юля.

 — Я с женатыми не встречаюсь!

— Подлец, — емко подытожил Кирсанов и, вглядевшись в освещенную фарами дорогу подумал, что пустит Красного Перца на лечо.



Глава 8

Подъехав к «Нейрону», Кирсанов отпустил и Асисяя.

«Хоть вечер с семьей человек проведет, — подумал он, перешагивая через ступеньки. — Интересно, Санечка проснулась или спит еще? Как бы не стало хуже, — вздохнул он и тут же одернул себя.

 — Если бы ситуация ухудшилась, сразу бы позвонили…»

А поднявшись на второй этаж, столкнулся в коридоре с сиделкой, приставленной им к жене.

— Что такое? — изумился Кирсанов. — Куда это вы?

— Александра Андреевна попросила воды набрать. Ей цветы принесли… — заявила пожилая женщина с изможденным лицом и даже вазу предъявила.

— А-а-а, — только и смог промычать Бек и в полшага оказался около палаты. Распахнул дверь, намереваясь выкинуть докучливого репортеришку вон, и обалдел.

На кровати рядом с Санечкой лежал Лешик, а в креслах сидели Лара и тетя Валя. Что-то обсуждали, хихикали, и никаких Красных Перцев поблизости не наблюдалось. Кирсанов поцеловал жену и, потискав сына, устроился в ногах кровати, куда тут же перебрался Лешик и принялся рассказывать про какую-то собачку, встреченную им около самого дома.

«Вот я идиот, — мысленно вздохнул Кирсанов, обнимая сына и делая вид, что внимательно его слушает. — Кромешный придурок.