Левиафан

От Скараманги, зеркала и Профессора не осталось и следа. Их выбросило на скалы, а тела, похоже, унесло вместе с зеркалом в пучину моря.

Мэтью сомневался, что кто-то мог выжить после такого падения.

Он долго лежал на животе, глядя вдаль. Его голова и плечо пульсировали от боли.

Скараманга мертв. Зеркала больше нет. Профессор… тоже погиб.

Мэтью казалось странно ироничным, что человек, столько лет изучавший жизнь морских обитателей, исчез именно в морской пучине.

Он перевернулся на спину и некоторое время лежал, глядя в потолок Левиафана, пока не потерял сознание или не провалился в сон — к счастью, без сновидений.

Когда он очнулся, свет стал бледнее, а ветер и дождь утихли. Глядя на воду, Мэтью увидел, что волны почти успокоились, хоть и все еще пенились. Солнце было ярким пятном на сером небе, и Мэтью прикинул, что сейчас около восьми часов. Он ощупал голову и почувствовал большую шишку, которая зверски болела. Заставив себя снова посмотреть на пол, он не увидел ничего, что могло бы остаться от человеческого лица.

Мэтью подполз к краю и снова выглянул наружу, щурясь от яркого света. Ни тел, ни зеркала не было видно. Серебро мерцало на волнах, пока солнце пыталось прожечь дыру в облаках."

"Не позволив себе вновь впасть в забытье, Мэтью подполз к тому месту, где рядом с нарисованной мелом печатью лежал «Малый Ключ Соломона».

Мэтью подумал, что да. Подобрав книгу и с трудом поднявшись на ноги, он выдрал все страницы. Потом он разорвал темно-коричневый переплет и развеял куски по ветру.

Книга демонов — хотя бы этот ее проклятый экземпляр — тоже исчезла.

В пылу схватки Мэтью уронил и разбил фонарь, масло вытекло, и пламя давно погасло. Это было скверно, учитывая, что даже утром лестницу Левиафана окутывала тьма.

Маленькое распятие Фэлла он забрал с собой.

Спуститься вниз удалось без происшествий. Выйдя под теплый легкий дождь, Мэтью заметил, что лодки тоже не было.