Левиафан

Пока вы ничего впечатляющего не сделали, поэтому единственный выход, который у меня есть, — это раскрыть себя и бросить вас на растерзание… волку.

— Я убью вас прежде, чем они откликнутся на ваш зов.

— Что ж, давай проверим твои рефлексы. Тебе давно этого хочется, не так ли?

Мэтью понятия не имел, действительно ли Профессор вернулся к старому амплуа или просто блефует, но, прежде чем он успел сделать выбор в пользу здравого смысла, Камилла сказала:

— Сначала его, Хадсон.

— Будь я проклят, если соглашусь. Это дело принципа.

— Сейчас у тебя нет такой роскоши, как принципы, — напомнила она. — Пожалуйста. Сначала его.

— Я помогу ей, — сказал Мэтью, зная, что не сможет приложить столько же усилий, сколько Хадсон. Тем не менее, он старался изо всех сил.

Пробормотав проклятие, от которого у любого моряка британского флота позеленело бы лицо, Хадсон грубо схватил Профессора за запястья и начал работать, пока Мэтью занимал позицию перед Камиллой.

— Поаккуратнее, — сказал Фэлл, — у меня легко появляются синяки.

Пытаясь ослабить узлы, которые казались такими тугими, что справиться с ними мог только острый нож, Мэтью рассудил, что они либо уже проехали мимо виллы на разрушенном винограднике Паппано, либо находятся рядом с ней. На улице почти воцарилась ночь. Мэтью задумался, остановится ли караван на ночлег или поедет дальше, пока лошади не устанут. Очевидно, Марс Скараманга спешил «домой», что бы это ни значило. Так что, возможно, остановка их ждет всего на несколько часов.

Хадсон заметил, что Мэтью почти не дышит, и сказал Камилле:

— Скоро я его сменю, не волнуйся.

— Я не волнуюсь.

— Они связали вас не так крепко, как Мэтью и меня, дедушка, — заметил Хадсон, обращаясь уже к Профессору.

— Я убивал людей и за меньшее, — сказал Фэлл. — Ты медлишь. Ты что, не видишь в темноте?

Мэтью надоела эта перепалка, и он разбавил ее вопросом, который его давно мучил. Говорить пришлось приглушенным шепотом.

— Даже если мы выберемся, что нам делать?

— Я думаю над этим, — сказал Хадсон. — Нам нужно будет отобрать поводья у Пагани.

— Замечательно, — прокомментировал Профессор. — Кто примет пулю на себя?

Хадсон проигнорировал его. Два узла из тех, что связывали Профессора, развязались, но третий все еще удерживал запястья.

— Нам нужно снова взять контроль над повозкой. Хорошо, что сейчас ночь, это нам на руку. Нужно действовать быстро. Так, Профессор, не двигайтесь. Узел развязывается.