Летчик и ведьма

Лекарство мое по сути представляло собой ту же химию, только убивало не раковые клетки, а взбесившиеся лимфоциты.

Да, бешеных собак пристреливают, как ни жаль.

Вернувшись из школы, я падала на кровать и лежала часа два, не в силах пошевелиться. Потом кое-как поднималась, без аппетита запихивала в себе что-то не требующее готовки. Только потому, что было надо. Не убирала, не стирала. Все потом. А еще нужно было готовиться к урокам. Кешке врала, что все в порядке, Маше и Ольге тоже. Они, конечно, приехали бы, помогли, но я решила, что попрошу, только если будет совсем труба.

За те две недели, пока я принимала таблетки, мы с Кешкой не виделись ни разу. Но переписка и разговоры по телефону помогали мне держаться на плаву. Он был моим спасательным кругом. Я могла плыть сама, и все же знала, что в любой момент меня подхватят, не дадут утонуть.

Когда я все-таки выбралась из этого ада, оказалось, что незаметно пришла весна. Всего месяц — и конец учебного года. А еще мы развелись с Мишкой. Тоже, считай, незаметно.

Заявление в загс подали через Госуслуги, в назначенный день пришли и получили свидетельства о разводе. Как будто и не было этих лет, не было шести попыток завести ребенка. Чужие люди…

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, когда мы вышли из загса.

— Хорошо, — я пожала плечами.

— Подвезти?

— Не надо.

— Ну… тогда счастливо.

Он неловко поцеловал меня в щеку и пошел к припаркованной машине. А я — к автобусной остановке.

Чувствовала я себя и правда хорошо. Тошнить перестало, голова не кружилась.

А главное — теперь я была свободна. Официально. Ну а что похудела за месяц на семь килограммов, лишилась половины волос и трех зубов и выглядела узницей концлагеря… Ничего, волосы отрастут, зубы вставлю. Скоро отпуск — отосплюсь, отъемся, похожу к косметологу.

И буду надеяться, что лекарство подействовало. Что не ослепну и не оглохну хотя бы в ближайшие пять лет. Не так уж и мало, если подумать.

Глава 19

Кеший

Разумеется, она мне врала. Врала, что все хорошо, что чувствует себя нормально.

Я по голосу понимал, что ей плохо. Ну и прочитал все, что только мог найти, про это адово лекарство, про все его побочки. Но даже если бы мы не разговаривали, если бы просто переписывались, все равно понял бы. Я считывал ее на расстоянии, как радар, настроенный на определенную частоту.

А ведь она еще и на работу ходила, уроки вела. Я не уставал поражаться ее терпению и мужеству. И как же хотелось просто приехать к ней. Побыть рядом.