Лепила

Очень скоро среди шума и неразберихи до моего слуха донеслись твердые шаги с металлическим отзвуком, шипенье и хриплые команды, раздающиеся из портативной рации служителей правопорядка.

Глава 22

– Фамилия, имя, отчество?

– Сомов Сергей Иванович.

– Год рождения?

– Тысяча девятьсот семьдесят восьмой.

– Место рождения?

– Москва.

– Семейное положение?

– Слушай, Володя, хватит, а? Все мои данные ты знаешь не хуже меня. А уж про семейное положение – и вовсе. Ты же сам организовывал похороны Люды. Я тогда в полной отключке был.

– Такой порядок. – Майор Коновалов оторвал взгляд от протокола. – Радуйся, что меня по твоему делу работать назначили.

– Черт бы все это побрал. А что, уже и дело завели?

– Да, покушение на убийство, статья сто пять УК РФ.

– Да не трогал я его. Факс уже валялся ушибленный, когда я туда пришел. Я хотел у него информацию по Гуру выведать. Первый раз не удалось, Гуру помешал, а второй еще кто-то, кто руку на парня поднял. Меня будто подловили, запустили к нему в кабинет и включили свет.

– Сергей, я тебе верю, но формальности нужно соблюсти.

– Ты меня и в камеру посадишь?

– Нет, ограничимся подпиской о невыезде. А там будем работать. Ну и денек сегодня, – Володя откинулся на спинку стула, – почти два трупа.

– Вот именно – почти. Факс ведь выжил. А что говорят эксперты?

– Формулировка стандартная: удар по голове тяжелым тупым предметом. Пациент без сознания, но жизнь вне опасности. На месте преступления нашли древнюю настольную лампу со свежим сколом и волосами Факса.

– Вот видишь!

– Что я вижу? Подозреваемого, застигнутого на месте преступления со следами крови потерпевшего на руке.

– Володя, это подстава! Грубая и лобовая. И я, кажется, знаю, кто мог ударить Факса…

Я рассказал майору о том, что видел человека, похожего на одного из приближенных Гуру, который выскочил из офиса минут за пять до моего появления. Охранник-сканвордист наверняка может это подтвердить.

– Разберемся, Сережа, разберемся, – майор засопел, наливаясь отвагой – стихия охоты затягивала его прямо на моих глазах.

Я приплелся домой уже за полночь. Заварил ударную дозу своего любимого Пуэра, принял расслабляющую ванну. Полного спокойствия не наступило, но мысли выстроились в более-менее слаженную колонну, нервы ослабли и перестали звенеть в ушах. Наступило что-то вроде временного затишья во время жаркого боя.