Ледяная принцесса

Чем бы закончился спор неизвестно, но, к счастью, как раз в этот момент они подъехали к главному входу, где их уже встречали слуги, готовые принять конец и управляющий поместьем Дарк.

Не дожидаясь помощи слуг. Ленайра соскочила с коня, бросила поводья подбежавшему слуге и шагнула к лестнице. Дарк поклонился.

— С возвращением, госпожа… хочу выразить свои соболезнования.

— Спасибо, Дарк. — Ленайра вдруг шагнула к старому слуге, на мгновение приобняла его, но тут же отстранилась. — Спасибо, — повторила она.

Дарк часто заморгал, помолчало.

— Не за что, госпожа. Для нас все это большая утрата…

— Дед?

— По распоряжению его величество тело выставлено в центральном храме Марела в столице. Похороны назначены в день вашего возвращения.

Ленайра кивнула.

— Дарк, распорядись, что бы завтра утром приготовили траурный наряд. — Оглянулась. — На всех, здесь присутствующих, кроме него, — Ленайра указала на Треона. — И да, мы очень устали, пока доехали, распорядись выделить комнаты для отдыха… после душа.

— Сделаю все в лучшем виде, госпожа.

— Не сомневаюсь, Дарк. Кстати, а где братья?

— Они поселились в столичном особняке. Джейр, как старший, отстоял положенную ночь у гроба.

— Как старший, значит? — нахмурилась Ленайра, но больше ничем свое отношение к происходящему не показала. Устраивать разборки в присутствии слуг последнее дело. — Хорошо. Дмитрий Иванович, Леш, Витька, Борис, Ань вы ведь здесь были с дедом? Все прежние ваши комнаты в вашем распоряжении.

Дарк уже отдавал распоряжения слугам. Кто-то уже отправился готовить гостевые комнаты, кто-то мчался в сторону кухни.

— Госпожа, вы будете ужинать?

Ленайра на миг задумалась.

— Извини, Дарк, но нет. Я очень устала, хочу в душ и спать. Но если кто захочет, распорядись подать ужин в комнаты.

Дарку такое явно не понравилось, но и спорить не стал, видел, что все действительно еле держатся на ногах.

Несмотря на заявление, сразу после душа Ленайра отправилась не в кровать, а устроилась у окна, пытаясь осмыслить все происходящее. Во время пути у нее была возможность заново проанализировать все известные факты, а злость на убийц деда только подстегнула ее, заставив на многие вещи смотреть по-новому. Кулак впечатался в раму, несмотря на весь отточенный годами самоконтроль на этот раз сдержаться у нее не получилось.