Ледяная принцесса

И вот сегодня с утра ожидал Ригена в кабинете. Слуги уже приготовили столик с легким завтраком, на переносной жаровне стоял чайник.

Риген был как всегда точен и ровно в восемь вошел в кабинет. Благодарно кивнув на приглашение к столу, устроился на стуле, взял чайник, налил из него кипятка и всыпал в стакан ложечку размягченной заварки. Перемешал и задумался.

— Как прошла проверка? — не выдержал Велоэн.

— Знаешь, твоя внучка меня пугает. Честно. И дело даже не в ее силе, хотя я, признаться, поражен. Страшно представить, насколько она возрастёт, когда девочка найдет себе концентратор… кстати, почему ты не закажешь его для нее? Обычные я понял почему не подходят, но ведь на заказ можно сделать.

Велоэн пожал плечами.

— Я предлагал, но она отказалась. Сказала, что уже нашла мастера и заказала, просила только деньги дать.

— М-м-м… и тебя это не насторожило? Извини, но мастеров-артефакторов такого уровня, которые смогут справиться с ее заказом можно по пальцам руки пересчитать. А ты даешь деньги и даже не интересуешь кто этот таинственный мастер? Сколько, кстати, она попросила?

— Четыреста пятьдесят империалов.

— Всего? — удивился Риген. — И что за эти деньги можно сделать? Да ни один уважающий себя мастер даже оправу не возьмется изготовить за такую мелочь.

— И, тем не менее, у меня есть причины ей верить. Ленайра не производит впечатление легкомысленной особы.

— Это точно, — нахмурился Риген.

— В любом случае, рано или поздно она покажет мне, на что потратила деньги.

— На мече?

— Судя по форме расположения рун на бумаге, Ленайра заказала в качестве концентратора легкий меч. Что за мастер способен нанести руническую вязь такой сложности, я представить не могу.

Риген помолчал, покачивая стакан, отхлебнул.

— И это за четыреста пятьдесят империалов?

— Причины верить внучке у меня есть, — повторил Велоэн, интонацией показывая, что дальше на эту тему говорить не намерен.

— Ну смотри, тебе виднее, конечно.

— Конечно. Так что ты там говорил о бое? Что тебя напугало?

— Ее спокойствие. Велоэн, прости, но это ненормально в ее возрасте! Что бы она там не пережила шесть лет назад… прости.

— Ничего. Сейчас мне важно твое мнение как постороннего человека.