Леди для короля (СИ)

Стал задавать вопросы, почему именно сейчас я решила проникнуть сюда, утром, пока гости дворца отсыпаются или лечатся от похмелья, было бы проще. И в этот момент в кабинет ворвался гвардеец, рыжий такой и ушастый, прямо засилье рыжих, и сообщил, что в старом крыле происходит что-то странное — там кричала женщина, и, похоже, нашли труп.

Я не поверила:

— Это кто это такой смелый из гвардейцев, что решился к вам вломиться через голову командира? — поразилась я.

— Не знаю, — усмехнулась подруга. — Говорю же, рыжий такой, ушастый.

— А… Дерек. Баронет Блэмглоу. Погоди, он же в тебя влюблен. Еще с прошлого сезона. Наверно, воображал себя героем. Если наши отчитывали тебя не стесняясь, то он явно бросился тебя спасать, — я очень живо себе это представила. Впрочем, Дерек был довольно мил, даже насмехаться над его пылом не получалось.

— Ну воображал или нет, но все тут же сорвались в старое крыло, так что все-таки герой, — добродушно отметила Алиска. — Надо поощрить. Влюблен, говоришь? Забавный юноша.

— Дель просила тебя не разбивать мальчику сердце, — решила я напомнить.

— Да? — удивилась она. — Не припоминаю. Посмотрим. Вдруг он разобьет мое?

Я поперхнулась чаем.

— А что? Я очень ранима!

— И обидчива, — пробормотала я, прокашлявшись. — Оставим эту скользкую тему.

— Толком не знаю, что там произошло, но кричала Элоиза, ей на помощь примчались Вальсторп с приятелями.

— И что она там делала? В старом крыле. Ночью. Одна, — это уже была интрига. Я даже на минуту забыла о собственных тревожных обстоятельствах.

"— Рыдала над трупом Холстоуна, который оказался немножечко не трупом. Придя в себя, он дал нашей красотке отставку. Что-то вроде: «Я передумал, леди!» После того как его унесли к матушке, она еще долго всхлипывала: «О, мой герой!» Говорят, Вальсторп собирается вызвать его на дуэль. А Холстоун бормотал что-то про Белую леди, и теперь Элоиза всем рассказывает, что это Марисса сделала его сердце ледяным. Твой отец рвал и метал, Фаренджер раздражался и занудствовал, Тофинбейл пытался найти эманации Мариссы.

— Это была не Марисса — это была я, — призналась как на духу. Похоже, теперь настала моя очередь исповедоваться.

Глава 3

— Прелестно, а что именно ты? — заинтересовалась Алисия. — Выкрала сердце Маркуса, прокляла Вальсторпа и обрекла Элоизу на участь старой девы?

— Как же так? — растерялась я.