Леденцы босоногой графини

Махнул рукой и дал команду писарю, тот заполнил бумаги, нам пришлось немного подождать и потом расписаться в свидетельстве. Отсутствие колец очень удивило судью.

— Такого спонтанного брака я давненько не регистрировал, вы в курсе, что ближайшие пять лет вас не разведут? А фиктивное бракосочетание карается штрафом и тюремным заключением на срок до пяти месяцев? Если кто-то докажет вашу профанацию…"

"Вместо ответа Даниил сгрёб меня в объятия, прижал так, что кости мои хрустнули, и поцеловал. От натиска и стремительности, я забылась и открыла рот навстречу его жадным ласкам.

Ух, я так и в медовый месяц со своим мужем не целовалась…

Кажется, у судьи сомнений не осталось, такая страсть показухой быть не может.

— Объявляю вас мужем и женой, и жду на регистрацию младенцев, собственно, они и будут доказательством реальности вашей страсти! Совет да любовь, а теперь прошу не задерживаться, нам пора закрываться.

Но на чистом горизонте внезапно возникла грозовая туча.

— Какого чёрта происходит? Ланской? Как ты посмел? Это заговор против меня! — из коридора послышался сначала громкий стук трости об деревянный пол и потом громкая тирада, произнесённая ужасно неприятным женским голосом.

Эта женщина не нуждается в представлении.

Княгиня Пелагея Карповна Дюжина, собственной персоной, и кто её сюда позвал, в такой неподходящий момент?

Не смогла выбрать картинку

Княгиня Пелагея Карповна Дюжина

Глава 15

Скандал

Вздрогнули все, кроме Петровича.

Княгиня, наконец, доковыляла и втиснулась в дверной проём.

Шелестов явно пожалел, что не ушёл со свадьбы ещё до её начала и до того момента, как заявилась тамада, и начала прогонять нас через замысловатый сценарий.

И сожаление продиктовано исключительно чувством самосохранения, ведь он сейчас, как и мы все участвуем в «заговоре» против влиятельной особы — княгини Пелагеи Дюжиной. А она враг опытный, настойчивый, беспощадный, а самое неприятное — влиятельный и не стеснённый в средствах.

Встала, задрала голову и окатила нас ледяным взглядом, а я тоже рассматриваю её довольно беззастенчиво, но не так уверенно, как бы хотелось. Мне «посчастливилось» в этот момент оказаться за широкой спиной «мужа», а Миша вжался в угол просторного кабинета по мировым делам городской управы.