Льдинка

У него на плече была веревка… я был в стороне от сталактитов, и он не мог меня видеть. Ты что-то знаешь об этом?

– Нет, – ответила Злата. Она была растеряна. С чего бы Артуру ползать ночью по этим тоннелям? Она бы скорее поверила, если бы ей сказали, что это был Костя.

– И еще кое-что. Иди сюда, – сказал Аммонит, отводя ее куда-то в сторону. Злата машинально последовала за ним, все еще размышляя, что бы это все значило.

– Только не падай в обморок, – предупредил ее Аммонит, и Злата заволновалась.

– Вот, смотри, – Аммонит убрал ногой камень, и Злата чуть не закричала от ужаса. На земле лежала согнутая лапа какого-то громадного насекомого. Никаких сомнений, что эта конечность принадлежала именно той твари, которую она видела вчера утром. Лапа была темно-вишневого цвета, как подсыхающая венозная кровь, но, что самое поразительное, она все еще слабо подрагивала.

– Это рефлекс, – объяснил Аммонит, видя изменившееся лицо Златы. – Так что я не зря сидел возле вас, мадам.

– Но ты… ведь ты мог сам пострадать!

– Чепуха, – сказал Аммонит, но Злату было не обмануть.

– Что? Она зацепила тебя? Говори, где?

Аммонит нехотя выдвинул ногу, и Злата увидела крохотную дырочку в его сапоге, возле самого носка.

– Подними ногу, – приказала она, и он подчинился. На подошве тоже была дырка с оплавленными краями. Вокруг подошвы было едва заметно бордовое пятно.

– Ты ранен? Господи, почему ты молчал все это время? – воскликнула Злата.

– Там только ноготь сорвало, – признался Аммонит, но Злата уже мчалась за аптечкой."

"Весть о неизведанной твари быстро облетела лагерь. Дильс долго с недоверием разглядывал отрубленную конечность, яростно тер щетинистое лицо, что-то бубнил, но к Аммониту даже не подошел.

– Мы должны выбраться отсюда, Дильс, – решительно сказала Злата. – Мы подвергаем себя огромной опасности, продолжая находиться здесь.