Льдинка

Такие слова (а особенно таким тоном) говорят только тогда, когда действительно понимают – ты на волосок от пропасти, откуда уже слышатся яростные вопли чертей, и сам дьявол карабкается к тебе, чтобы наколоть твою задницу на свой проржавевший от крови трезубец. Тем более у него уже была возможность убедиться в феноменальных способностях этой женщины.

– Да и хер с ним, – выдал Артур. Эти слова буквально потрясли бедную Злату, и она замерла, словно от пощечины.

– Ты не должен так разговаривать с женщиной, – с тихой яростью проговорил Аммонит.

Дильс с горечью улыбнулся. Ну и ситуация! Нет, с ними явно творится что-то невероятное! Хотя бы потому, что никогда раньше Артур не позволил бы выражаться в женском обществе, а в присутствии Златы и подавно."

"– Мы и так в беде, так почему бы не разбавить скуку, – добавил Артур, не обратив внимания на замечание Аммонита, после чего направился к выходу. Он так и не закончил латать дырку. Костя с готовностью потрусил за сводным братом, лицо его торжествующе сияло.

– А вы что стоите? – сорвался на крик Дильс, заметив ребят. – Вам не нужно золота? Или алмазов?

– Перестань, – тихо, но твердо прервал его Тима.

Тух-Тух медленно брел вдоль скалы, скользя цепким взглядом по ее грубой, выщербленной столетними ветрами поверхности. Он был в прекрасном расположении духа. Пусть он идет по колено в снегу, пусть ему не дали того, чего он просил, это все мелочи. Главное – он здесь и может спокойно искать вход в пещеру. В том, что он найдет его, он не сомневался, это лишь вопрос времени.

Конечно, вчера пришлось приоткрыть некоторые карты. Он даже использовал последний козырь – самолет. Но в этом совесть его была чиста: Олаф, его двоюродный брат, сидит как на иголках в ожидании 25-го числа – такая была договоренность. Так что, если все пройдет нормально и эти червяки не будут вставлять ему палки в колеса, может, он и не убьет их сразу… А может, даже и спасет кого-нибудь. Например, эту худенькую шлюшку с каштановыми волосами, которая ни на минуту не отходит от этого, как там его… Тимофея.

Обладающий поистине звериным чутьем, он сразу почувствовал, что за ним кто-то следит. Обогнув крутой выступ, он, чуть не провалившись по пояс в снег, затаился, прислушиваясь.