Лаврушка

Немного отодвинулась в сторону, уступив ему побольше места. Опустила взгляд на очки в руке и тихо постучала заушниками друг о друга.

– Мне уже все косточки перемыли? – спросила, не поднимая взгляд.

– Не знаю, – ответил Андрей тихо. – Я сразу за тобой пошел.

– Мм… – протянула безразлично и положила подбородок на колени, снова прикрыв глаза.

– Вы еще неплохо держались, – чуть насмешливо произнес сосед. – Если бы у нас с братьями возник такой конфликт, то нас бы сейчас разнимала полиция.

– В твоей семье тоже возникали такие ссоры?

– Такие? Нет.

– Повезло, – выдохнула и стала тереть щеки от слез тыльной стороной ладоней.

– Иди сюда, – Андрей повернулся ко мне корпусом и мягко провел по щекам, собирая с них влагу. Губы изломились в легкой улыбке. – Ты тут искупаться успела? Или наревела столько?

– Я давно не плакала.

– Ничего. Высказываться тоже нужно. Полезная терапия, – он всё еще удерживал моё лицо в своих ладонях, мягко поглаживая подушечками больших пальцев по щекам, иногда задевая уголки губ. – Полезай-ка ко мне на колени.

– Зачем? – уставилась на него во все глаза.

– Камень холодный, а на тебе шорты поменьше моих трусов. Давай, – Андрей устроился на камне поудобнее и вытянул немного ноги, постучав ладонями по коленям.

– Не сяду я.

– Тебе еще рожать, Шунь, – взглянул он на меня строго. – Садись.

– Нет, – запротестовала и крепче обхватила руками свои колени. – И камень теплый.

– Да, что ж такое-то? – заворчал Андрей и, подхватив меня за талию, и, игнорируя все возражения, усадил к себе на колени, надежно зафиксировав крепкими объятиями.

– Так тебе и надо, – фыркнула я, удобнее устраиваясь на его коленях. Ноги свесились с одной сторону. Плеча, с которого соскользнула его гавайка, коснулась щетина.

Сидя к нему боком, невольно вспомнила о том, что сотни раз мечтала, чтобы однажды к этому камню подошел «тот самый» и сгреб меня вот так в кольцо сильных рук, чтобы уберечь и защитить от всего того, что терзает мысли.