Лайла. Сквозь галактику за счастьем

Хотя таким запретом сложно было пренебречь, так как проносить на фрегат собственные продукты и напитки, медикаменты без специального, подтвержденного доком Лукисом разрешения, психоактивные препараты в любом виде, химические курительные смеси типа верданского “доша” и даже фруктовые испарители при загрузке в “Невус” в принципе не дозволялось из соображений безопасности. Мало ли что в них содержатся, и как это может повлиять на других членов команды. Даже наш багаж перед погрузкой проверялся сканерами безопасников и обеззараживался, чтобы исключить попадание на фрегат какой-нибудь специфичной заразы, передающейся контактно-бытовым или пищевым путем.

"Поэтому единственной возможностью “пропустить питьевой контейнер чего-нибудь покрепче” как раз и являлись вот такие посиделки в кают-компании, когда станционные помощники после проверки выдавали служащим порцию или две хорошего фиросского вина.

Дафна на подобных сборищах присутствовала регулярно, ведь работала лишь “днем”, и, конечно же, неоднократно, но тщетно зазывала туда меня.

Да, я намеренно избегала внимания к себе, вела себя по отношению к другим членам команды, кроме, пожалуй, Дафны, Талиса де Сильвы и еще парочки разумных вроде Лелуко Тада и дока Лукиса отстраненно и закрыто, хотя и понимала, что это глупо, и мне следует стать более общительной, а не прятаться в своей раковине всю экспедицию.

Что же, сегодня у меня появился прекрасный повод “выйти из тени”. И либо я покажу себя с хорошей стороны, либо опозорюсь, если я не переборю свои страхи.

— Ты отлично выглядишь, дорогая. Почему ты раньше искусственно не выделяла свои невероятные глаза? Они у тебя сейчас настолько выразительные и глубокие, даже какие-то... неземные, что чудится, будто ты какая-то инопланетница, — сделала мне комплимент госпожа Маас, пока мы, улыбаясь и кивая сослуживцам, продвигались к роботизированным стойкам с напитками и закусками.

— Я сигойна, Дафна. Бытует мнение, что мы земляне только условно, знаешь ли.