Курсант: Назад в СССР 10

— Как — сами, а разве вам свидетели не нужны? — пыталась протиснуться внутрь пенсионерка, тараня мою грудь худенькими плечами.

— Мы вас обязательно вызовем и все-все запишем, а пока прошу не мешать. Поймите, дело непростое, чужих мужиков водить — дело серьезное, тайна следствия должна соблюдаться, так сказать.

Борец за права обманутых мужчин (и их жён) нехотя отошла от двери и вздохнула:

— И про икру не забудьте спросить, товарищ милиционер.

— Обязательно спросим, спасибо, — я впустил в квартиру Федю и захлопнул дверь, чуть не прищемив бабе Лиде нос.

Девушка ошарашено на нас уставилась, явно не поняла, к чему комедия — кажется, даже не сразу меня узнала. Но лучше перестраховаться. Возможно, в квартире мог быть ее брат, маловероятно, конечно, но все же.

Держа руку на пистолете, я быстро осмотрел единственную комнату, вытянул шею и глянул на кухню. Пусто. Затем перевел взгляд на пол прихожей, где в тесноте ютилась лишь женская обувь. Вроде чисто.

— Ну, здравствуйте, Маша, — наконец выдал я. — Вот решил вас навестить.

— Вы ко мне с обыском? — вытаращилась на меня бухгалтерша.

— Мы просто побеседовать, а почему вы вдруг про обыск заговорили? — насторожился я.

— Не знаю… На фабрике у нас по полной проверка финансовой деятельности идет. Говорят, целая бригада заехала. Я сейчас в отпуске, как на иголках сижу…

Я вспомнил, как, вербуя Машу, представился особым ОБХСС-ником. Теперь понятны ее опасения.

— Нет. По части финансовой деятельности на фабрике у вас, конечно, не все гладко, но я готов на это закрыть глаза, если вы мне подробно расскажете о своем брате.

— Брате? Вы про моего брата? Его уже выпустили?"

"Я сел на диван, а Маша напротив, на стул. Федю оставил дежурить в коридоре, знаком показал, чтобы незаметно еще раз обшарил квартиру, проверил ванную и кухню. Но особенно ни на что не надеялся — в квартире стояла какая-то исключительная тишина.

— Откуда выпустили?

— Так он же в тюрьме сидит… За убийство.

— Выпустили. Когда в последний раз вы его видели?

— Не помню, — девушка намотала на палец ярко-рыжий локон и картинно прикусила губу.

Через тонкий халат просвечивали очертания наливной груди. Слишком глубокий, чуть ли не до пупка вырез, смотрел на меня, пытаясь смутить.

— А вы постарайтесь вспомнить.

— Боря опять что-то натворил?

— Мы это выясняем, — туманно ответил я, пусть пока будет не в курсе, прощупаем сначала.

— Я не видела его лет десять, а может, и больше, — пожала плечами Маша, перекинув ногу на ногу.