Курорт строгого режима

""Всё-таки я сейчас на курорте и надо наслаждаться моментом! Когда еще получится отдохнуть в следующий раз?"" – рассеяно размышляла девушка, стоя на склоне горы и оглядывая окрестности. Последние пару лет, с того момента, как она прилетела на Каравокс, отпуска или хотя бы длинных выходных у Риани не было. Всё время лишь рабочая суета, беготня и постоянные переживания, сможет ли она в очередной раз найти достаточно оплачиваемую работу, чтобы было чем закрывать счета."

"И сейчас, стоя посреди зеленого покрывала, усыпанного цветами где-то на закрытой для прочего мира планете, девушка с наслаждением втягивала ароматный запах трав.

Чужое присутствие она не услышала, а скорее почувствовала. Или просто насытилась так быстро природой и захотела опять общения.

Риани поняла, что опять проголодалась, наверное из-за слишком свежего воздуха, но возвращаться к организованному для них столику у машин одной не хотелось. Да и далеко было идти, Слав успел увести их куда-то в сторону, где на склоне расползлись темными пятнами небольшие древесные поросли. Марк как раз в той стороне лениво общипывал круглые ягоды с какого-то куста.

– Марк, угостишь меня ягодами? – окликнула парня девушка.

На самом деле ей не столько ягоды были нужны, сколько внимание парня. Она решила примириться с Марком, поговорить спокойно наедине, пока рядом никого нет.

Но визанир почему-то опять напрягся. Выпрямившись и перекатывая в руках круглые бусинки собранных ягод, парень уставился на Риани и вроде даже смутился. Девушка, подходя ближе, улыбнулась:

– Что такое, Марк? Только не говори, что слабые человеки не смогут переварить ваши местные ягоды, и поэтому ты не торопишься делиться.

– Ты хочешь разделить со мной... ягоды? – выдавил из себя парень, но смотрел при этом уже на не остановившуюся рядом девушку, а себе в ладонь.

Словно ему было жалко отдавать ягоды ""настырной человечке"". Человечка же задумалась, что за странная фраза сейчас прозвучала, может, какие-то трудности с нюансами перевода на всеобщий язык, раз парень настолько опешил.