Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

Энергия и терна забурлила в его теле, она хлынула в легкие, подожгла трахею и разрывая глотку вырвалась в могучем, совсем нечеловеческом рыке:

— А-А-А-А!

И как это было и прежде, воины, вздрогнув, потянули и свои руки к небу. Так, словно говорили — эй, боги, что надменно восседают в садах и дворцах, смотрите — вот мы, мы здесь, мы тут. Мы пришли сражаться и умирать вопреки всему тому, что вы пишите в наших Книгах Тысячи.

— А-А-А-А! — слился рев двадцати тысячи голосов.

В едином порыве крик закачал верхушки деревьев и заставил горы вздрогнуть, поднимая рябь на водной глади озера.

Сперва робко, но с каждым ударом все громче и громче, отчетливей и отчетливей — били мечи, топоры, молоты и секиры. О землю, о броню, о щиты. И звон стали сливался с ревом, обволакивая его укрепляя, делая достаточно могучим, чтобы пробить брешь в стене, окружавшей судьбу.

Так, наверное, напишут барды.

Хаджар развернулся лицом к замку. Там, во дворе напротив моста, уже собрались сотни фанатиков.

Он не оборачивался — ему было не зачем. Под ногами тысяч воинов земля дрожала так, что её удары эхом отдавались в коленях. Над головой засвистели вспышки ядер терны. Они били о древние скалы и стены, выбивая черные щебень. Стрелы, окутанные сиянием техник, засвистели, рассекая пространство.

Когда собираешь в одном месте одних только мечников, то ничем хорошим, для обороны, это закончится не может. Если только не…"

"Глаза Хаджара расширились от секундного осознания того, что в своем плане он не учел самую заметную и от того — ускользнувшую от него деталь. Он собирался сражаться не с обычной армией, а орденом мечников. А значит…

— Щиты! — завопил Хаджар, резко останавливаясь и выставляя перед собой железо.

Те, кто оказался расторопнее и сообразительнее — успели выполнить команду. И когда на их ряды обрушились сокрушительные техники меча, воплощенные в виде когтей и крыльев титанических черных воронов, то они устояли. Те, кто оказался не так скор на ум, оказались смяты и разорваны.

Зазвучали первые крики умирающих и стоны раненных, завидующих тем, кто уже отправился в чертоги праотцев.