Красотка

Говоров, прикрывая нижнюю часть лица ладонью, посемафорил мне бровями. Я бы тоже повеселилась, кабы была не в мантии. Статус судьи и юморина – две вещи несовместные.

Ой, чувствую, сейчас выяснится, что Анджелина и Элеонора – сестры-близнецы, разлученные в детстве волей злой судьбы.

– Это еще не все, тут у нас подборка фотографий. – Адвокат не ограничился передачей мне рентгеновских снимков. – Вот госпожа Джоли и наша доверительница Сушкина в возрасте десяти и тридцати лет, а также в настоящее время.

На этом этапе Бегемоту потребовалась ассистентка, и в ее роли выступила Лариса Селедка Айвай.

Она попарно вручала коллеге большие, с обложку журнала, фотоснимки, отпечатанные на плотной бумаге и заботливо наклеенные на картон. Бегемот поднимал их над головой и поворачивался влево-вправо, показывая цветные картинки то мне, то залу. В этот момент он был очень похож на сигнальщика на палубе авианосца, и нарастающий в зале шум этому образу весьма соответствовал.

Надо сказать, между десятилетними Элеонорой и Анджелиной действительно имелось сходство.

Снимки тридцатилетних актрис тоже были удачно подобраны – два полуфигурных портрета в одном и том же ракурсе. Причем на этот раз дамы на фото предстали не только похоже одетыми в декольтированные платья, но и одинаково элегантно причесанными.

– Сестра! Я нашла тебя! – восторженным голосом персонажа индийского кино восклинул какой-то шутник в рядах зрителей.

По болливудскому сценарию, в этот момент Элеонора Константиновна должна была сложить ладошки лодочками и пуститься в пляс, грациозно лавируя между красиво декорированными слонами.

Но третья пара снимков грубо поломала наметившуюся стройную линию: актуальные фотографии Джоли и Сушкиной разнились, как небо и земля. Если Анджелина на фото была зрелой красоткой с точеными чертами лица, то Элеонора выглядела и перезрелой, и помятой, как залежалый плод.

– Очевидная разница, не так ли? – потрясая снимками, риторически вопросил Бегемот-Врунов.