Крымская ракета средней дальности

Я соображал неважно, мои глаза разъедала соль, а в горле клокотала вода, и все же мне каким-то чудом удалось поймать руку Ирэн, которая снова с головой ушла под воду. Отрешенная, смирившаяся с приближением смерти, она машинально схватилась за веревку, ткнулась лбом в покатый оранжевый бочок и, не открывая глаз, стала с хрипом дышать.

Мы отдалили от себя смерть. Я не думал о том, надолго ли. Я вообще ни о чем не мог думать, словно организм, спасая себя, предпринял экстренные меры и на время отключил мозги, чтобы те не лезли со своими глупыми советами.

Я открыл глаза и уже осознанно посмотрел на предмет, которому мы были обязаны спасением. Что это? Какая-то деталь от разбившегося самолета? Я шлепнул по металлической поверхности, чтобы по звуку определить, пустой он или чем-то заполнен. Аварийный буй? Рядом с кантом, по кругу, были выведены слова: «ПС-6.

Перебирая руками веревку, я приблизился к Ирэн.

– Держись за мои плечи! – сказал я.

Ирэн то ли не услышала моих слов, то ли не поняла, что я от нее хочу. Она все так же прижималась лбом к бочонку, и мокрые волосы налипли на лицо, и глаза ее были закрыты, и губы жадно хватали воздух.

– Ирина! – крикнул я. – Отпусти веревку!

Я не знал, как поведет себя бочонок, когда я выдерну чеку. От динамического удара изнутри металлический корпус должен раскрыться, и я не был уверен, что Ирэн в довершение всех бед не получит тяжелой железякой по голове.

Пришлось мне разжимать ее пальцы силой. Ирэн отчаянно сопротивлялась, даже попыталась укусить мою руку, а потом тихо и жалобно заскулила:

– Отстань от меня… Я не хочу… не хочу…

Она крепко обхватила меня за шею и заплакала.