Крымская ракета средней дальности

Этими предметами, отмеченными несчастьем, будут заниматься эксперты, и я должен был сохранить их до прибытия спасательной бригады.

Я уже вытянул руку, чтобы отвести оранжевый бочонок в сторону и посмотреть, нет ли человека за ним, как Ирэн меня окликнула:

– Кирилл! Кажется, пограничники!

Я поднял голову и посмотрел за корму. Со стороны берега к нам мчался скоростной катер. Его узкий передок, напоминающий наконечник копья, рассекал воздух подобно ракете. Плоское днище с острым килем едва касалось волн.

Описав большой круг, катер сбросил скорость, но к нам приближаться не стал. Он медленно двигался вокруг нас, словно хищник, который, прежде чем кинуться на жертву, хочет определить, не опасна ли она для него.

– Прошу приготовить паспорта, сейчас начнется разбор полетов, – пробормотал капитан, выбрасывая пустую бутылку за борт. – Если они попросят лечь на палубу, прошу прощения, мордой вниз, то советую не сопротивляться. Я этих ребят знаю. Как-то я по ошибке пришвартовался к яхте английского миллионера… До сих пор переносица болит…

Ирэн убрала обороты, закрепила штурвал, подошла ко мне и села рядом.

– Скажем, что увидели падающий самолет, поплыли на помощь и не заметили, как пересекли границу, – произнесла она, не сводя глаз с катера.

Катер покачивался на волнах метрах в пятидесяти от нас. На его борту не было заметно никаких признаков жизни. Тонированные стекла отражали солнце, ослепляя нас.

– Что-то они не слишком торопятся, – сказал я.

– Согласовывают свои действия с начальством, – предположила Ирэн.

"Я встал, чтобы лучше рассмотреть катер, а заодно продемонстрировать властям, что не собираюсь предпринимать каких-либо противозаконных действий. И как раз в этот момент заметил над пластиковым скошенным бортом голову человека в узких черных очках, напоминающих женский ободок для волос, и повязанную черным платком-банданой. Голова появилась всего на мгновение, а вслед за этим прогремела длинная автоматная очередь.