Кто не думает о последствиях…

И понятых тут днем с огнем не найдешь, а у него вот, пожалуйста, два солдатика стоят, чуть ли не по стойке «смирно». Выполняют инструктаж: поедают его глазами, чтобы потом, в суде, если возникнут сомнения, подтвердить все, что происходило на осмотре. Хотя до суда в данном случае не дойдет…

– В пяти метрах впереди, в положении на спине, лежит человек в военной форме с погонами сержанта, в середине лба круглое отверстие с потеками крови в правую сторону…

– Гры-гры-ы, – солдатик-понятой отбежал в сторону, его стошнило.

Молодой еще, непривычный… Следователь вспомнил свой первый выезд: подорвавшийся на фугасе, сгоревший «УАЗ», обгорелые куски двух трупов среди разбросанных взрывом спелых груш, которые командированные милиционеры везли своим сослуживцам… Тогда он тоже с трудом сдерживался и еле-еле дописал протокол. А бойцы охраны выбрали груши почище и с аппетитом ели. Потом он тоже привык…

– Извините, товарищ майор, – солдатик вернулся, вытирая рот рукавом бушлата.

"

"Бушлаты на вате или на синтепоне, в них тепло, а он в форменном плаще, не догадался одеться основательней – лето ведь! А тут кругом снег и продувает насквозь… Но надо держаться, делать вид, что ему все нипочем, как подобает руководителю следственно-оперативной группы УФСБ, старшему на месте осмотра! Ему подчинен взрывотехник, который уже отработал свое: обследовал трупы на предмет обнаружения взрывных устройств, получил отрицательный результат и с облегчением курит в стороне.

Подчинен эксперт-криминалист, фотографирующий убитых пограничников, оружие, следы, пятна крови и обстановку вокруг, подчинен оперуполномоченный Соколов, отправившийся к трупу преступника в поисках информации для розыска, подчинен судмедэксперт, наговаривающий в подставленный диктофон свою часть протокола, от которой понятой кривится и сдерживает рвотный рефлекс:

– Три пулевых ранения в правой части груди, два слепых и одно сквозное…

Десяток солдат и два офицера следователю не подчинены, но приданы для обеспечения, а следовательно, тоже должны выполнять его распоряжения.

Майор поежился. И подчиненные, и приданные – все в теплых бушлатах, ему тоже предлагали, а он сдуру отказался…

Осмотр убитых пограничников заканчивался.