Кто не думает о последствиях…

Ну да, официант пищу не готовит и подсунуть клиенту лапшу вместо жареного барашка у него вряд ли получится… Но при чем здесь журналист? Конечно, более развитый коллега мог бы объяснить: журналист накормит лапшой и убедит в том, что это седло барашка, но Джавада не интересовали чужие разъяснения, да и польские высказывания тоже. В Дагестане достаточно своих афоризмов. Джавад любил один из них: «Вовремя сделанный подхалимаж стоит двух высших образований». На восхваление заслуг начальства он и был заточен с самого начала, и это всегда окупалось.

В местный телеканал «Брульон» Джавада приняли год назад через двоюродного дядю по отцовской линии. Работа чистая, культурная и почетная: все время мелькаешь на экране, все тебя знают, здороваются на улице, хотят дружить. Это не разъезды по окотам овец или кастрациям баранов! В числе знакомых постепенно появляются всевозможные начальники, богатые и влиятельные люди, самолюбие которых приятно щекочет даже короткое появление в новостной программе… А потом стали поступать и специфические, но хорошо оплаченные заказы.

"Очередной заказ обрадовал: предстояло снять репортажи в трех населенных пунктах, где местные жители протестовали против беспредела федеральных сил. Немногословный, внушительного вида человек, пришедший в редакцию, вручил ему плотный конверт со стодолларовыми купюрами и пообещал, что Джавада пропустят по перекрытым для всех остальных дорогам.

Уже в первой точке съемок, в Узергиле, Джавад заметил конкурентов – Русика с телеканала «Кавказ-Оригинал» и неизвестных ему операторов, похоже, из самой Москвы. Все они, по очереди, сняли воронку от взрыва на местном кладбище, нескольких мужчин с разбитыми лицами, матерей, возмущавшихся незаконным арестом молодых сыновей… Но главным героем репортажа, несомненно, стал глава Узергиля господин Гасанов.

– Что я могу сказать жителям? Они правы! – доверительно говорит он. И откровенно поясняет: – Весной приезжие войска как гусеницы уничтожают урожай абрикосов в наших садах, не давая им даже созреть. Летом ходят по пояс голыми, смущая наших женщин.