Крысятник

Мог съездить по роже, если ему кто-то не нравился. Но вот убить… это на него не похоже, товарищ полковник, — отрицательно покачал головой Усольцев и, помолчав, добавил: — Конечно, я допускаю, что он мог убить как-то сгоряча… Но чтобы вот так, обдуманно… Нет, это не он.

— А ты что думаешь? — посмотрел Крылов на Шибанова, который, уткнув взгляд в стол, угрюмо помалкивал.

Шибанов поднял голову и заговорил:

— Странно все это. Чем больше я думаю об этом деле, тем больше возникает вопросов. У меня складывается такое впечатление, что кто-то его очень серьезно подставил.

Ну не мог такой опытный оперативник, как Мишка Чертанов, так бездарно вляпаться!

— Не мог, — охотно согласился Виктор Усольцев. — А потом, какой ему резон светиться в этом доме, если это действительно он совершил убийство?

Лохматые брови Крылова, напоминая крылья какой-то могучей и хищной птицы, вспорхнули до середины лба и выжидательно застыли. А потом медленно стали сползать вниз, понемногу распрямляясь.

— Да еще на глазах у множества очевидцев, — сдержанно согласился полковник.

— Миша Чертанов опер от бога, товарищ полковник, — продолжал Шибанов, заметно волнуясь. — И цену уликам знает. А тут после себя такое количество их оставил, что хватило бы на три десятка преступлений. Хоть учебный фильм снимай на его примере: труп, множество улик, выявлен единственный подозреваемый, осталось только надеть на него браслеты и препроводить в Бутырку. А потом, даже если убил Чертанов, то он мог запросто избавиться от трупа: все-таки он мент.

Например, что ему стоило забрать труп да перетащить в машину, а потом отвезти куда-нибудь в лес и зарыть? Товарищ полковник, так не мог вести себя опер, который раскрыл не один десяток убийств, — отрицательно покачал головой Григорий. — В конце концов, Миша мог просто отсидеться где-нибудь… А он заявляется туда с компанией и тотчас привлекает к себе внимание.

— Вижу, что мы размышляем с вами в одном направлении. — Полковник вытащил новую сигарету, размял ее, затем вновь с каким-то остервенением вогнал обратно в пачку.

 — Конечно, очень неприятно, что одним из наших сотрудников заинтересовался третий отдел… Но лично я надеюсь, что все обойдется. Елизаров отменный профессионал… Хотя, если он что-то вобьет себе в голову, его трудно потом разубедить в обратном. Уж мне-то это известно… Лично я склоняюсь к тому, что это очень искусная подстава. А если это действительно так, то человек, сумевший провернуть такое дело, очень хитер и коварен.