Кровник (пенталогия)

Примотана скотчем.

— Ты за это ответишь! — испепеляя Шведова убийственным взглядом, торжественно пообещал Лечи. — Смерть твоя будет ужасной!

— Все ответим, — смиренно согласился полковник. — Рано или поздно… А сейчас дай команду: пусть Ибрагим с Кочергиным выйдут из «Мерседеса» и сядут в мою машину. Тебе объяснить, что будет, если мальчишка занервничает? — полковник кивнул на Джо, продевшего палец в кольцо гранаты и ухмылявшегося наигнуснейшим образом.

— Не надо объяснять. Не дурак, — тяжело сглотнув, сказал Лечи и, повернувшись к своей машине, кивнул, выводи.

Едва Ибрагим с Александром Евгеньевичем покинули салон «Мерседеса», из стоявшего поодаль Викиного «Вольво» тотчас же вышла Ирина и, двигаясь неверными шагами, направилась к скоплению обменивающейся публики. Шведов удивленно присвистнул, женщина была пьяна!

— Ни хрена себе! — воскликнул полковник, растерянно оборачиваясь к Антону. — А вот это регламентом совсем не предусмотрено… Так. Ты у нас с ней работал, будешь специалистом по истерикам, готовься.

— Так что с ментами-то? — прорезался в рации Антона обиженный голос Севера. — Они тут засели за «Фордом», пистоли достали, смотрят по сторонам."

"— Да ну их в задницу! — досадливо буркнул Антон. — Прострелите скаты, намекните, чтобы убирались к ебеней матери. Мо?

— Да, командир, — с готовностью отозвался Мо.

— Как мы тебе?

— Вы все, мои. Все в секторе.

— Очень хорошо, — похвалил Антон. — Возьми «мерс». Там водила и боец, не проверяли. Если дернутся, они твои. Как понял?

— Понял, командир, — оживился Мо.

Александр Евгеньевич некоторое время смотрел, как приближается супруга, затем хлюпнул носом, оттолкнул Ибрагима и бросился навстречу, распахивая руки для объятий.

— Иришка! Солнышко мое! Господи, как я по тебе…

— Пшел вон, козел! — пьяно крикнула Ирина, с ходу залепляя супругу звонкую пощечину и замахиваясь для новой. — Что ты хочешь, скотина?! Чего тебе?! Из-за тебя все, гад! Гад!!!

— Иришка, Иришка, ты что?! — растерянно лепетал Александр Евгеньевич, пытаясь схватить Ирину за руки.

Бац! — Ирина опять влепила мужу пощечину и с яростью заорала:

— Все позади, да?! Да я по твоей милости… Я арабу хуй сосала из-за твоих выкрутасов! Меня в жопу ебли, как последнего пидараса! Позади, да?! Меня драли во все щели, как последнюю шлюху, целая банда чабанов! Меня чуть до смерти не заебли! Чмо!!! Чтобы ты сдох, гад!!! Гад!!!

— Прострелили скаты, — скучным голосом доложил Север. — Намекнули.