Кровник (пенталогия)

— Вас… всех… убьют! — задыхаясь, прохрипел Сергей, последний удар в солнечное сплетение наполнил тело острой болью, не позволявшей сделать полноценный вдох. — Я… вас… я не боюсь!

— Упорный, — буркнул мужлан, наклоняясь к Сергею и одним движением остро отточенного лезвия распуская на две части перед его брюк совместно с ремнем. — А ну-ка, вот так…

Рывком перевернув пленника на живот, мужлан содрал с него штаны, разрезал резинку трусов, оголил задницу и, навалившись сверху всем телом, возбужденно рыкнул в ухо:

— Я тебя щас выебу, красавчик! Ухх-х-х, какая жопа! Ка-акая жопа!!!

— Не… не надо!!! — задушенно прохрипел Сергей, ощутив вдруг задницей, как быстро растет и твердеет дородное мужланово естество, пока что упрятанное в штанах.

 — По… х-х-хр… пожалуйста!!!

Мужлан, плотоядно рыкнув, дернул несколько раз тазом и жарко зашептал пленнику на ухо:

— Я твою мамашку видел, чмо. Сла-а-адкая мамашка! Ух и сладкая! Мы потом ее поймаем, попозжа, как с тобой разберемся.

Обязательно поймаем! Ухх-х-х, мамашка! Тебя к батарее прикуем, а ее будем ебать во все щели. Ух-х-хх, как мы ее! Мы ее до смерти заебем! А ты будешь смотреть. Тебе понравится, чмо! А пока, дорога длинная, я твою жопу приучу к порядку! — и опять несколько раз резко дернул тазом, словно хотел забить гвоздь в задницу юноши.

Сергей, задыхаясь под неподъемной тушей, каждой клеточкой своего избитого тела ощутил вдруг, что он беспомощен, как ребенок, и всецело находится во власти сумасшедшего извращенца.

И никто сейчас ему не поможет: ни органы правопорядка, ни всесильные родители с их связями, вообще ничто на всем белом свете!

Это внезапное открытие было настолько ужасным, что юноша не выдержал и разрыдался, тонко подвывая:

— Я все… Все сделаю! Уберите его! Пожалуйста, уберите!!!

— Готов, — удовлетворенно констатировал голос в переговорном устройстве. — Отпусти его, дай аппарат.

Мужлан слез, рывком посадил Сергея, прислонив его спиной к стенке, и сунул в руки переговорное устройство.

Сам сел напротив, довольно жмурясь, возбужденно раздувая ноздри и поигрывая ножом."

"— Будешь себя прилично вести, я дам ему команду больше не трогать тебя, — пообещал обладатель цивилизованного голоса. — А сейчас соберись, я тебя соединяю с мамой.

— Кто это? Сережка, это ты? — спустя минуту раздался в переговорном устройстве напряженно вибрирующий от тревожного ожидания голос матери.