Кровник (пенталогия)

Вот-вот перемахнут и устроят всем по первое число!

— Во дворе четверо, — доложил по рации Север. — Все со стволами. Большой к калитке пошел. Трое поменьше рассредоточились: двое за кошарой, по углам, третий, за домом. У меня в секторе, те, что за кошарой. За домом, не мой.

— За домом, мой! — тотчас же поспешил сообщить Мо. — И хозяин, мой.

— Как руку подниму, убираете собак, — приказал Антон, выходя из машины и переводя автомат в положение для стрельбы стоя.

— Зачэм прищол?! — зычно крикнул здоровенный бородатый мужлан с карабином, подходя к калитке и наводя ствол на Антона, видимо, тот самый Абай.

— Вот так ни хера себе, кавказское гостеприимство, — пробормотал Антон, осторожно поднимая правую руку вверх. Да простит нас Общество защиты животных!

Плюх! Плюх! Плюх! Плюх! — волкодавы, предсмертно провизжав, чуть ли не синхронно повалились наземь. Снайперы поразили цели с первого выстрела, с такого расстояния это совсем несложно.

Абай втянул голову в плечи и принялся озираться, поводя по сторонам стволом карабина: бородатая личина его выражала крайнюю степень недоумения. Откуда что берется?

— Точка окружена! — заорал Антон, укрываясь за «Нивой». — Твои сыновья сидят за кошарой и за домом, мои люди в них целятся. Считаю до десяти! Все должны выйти сюда, положить оружие, отойти на пять шагов и, руки за голову! После счета «десять», огонь на поражение! Раз!!! Два!!!

На счете «десять» четыре карабина были хозяйственно прислонены к изгороди, не в грязь же бросать, оружие как-никак! — а Абай с сыновьями стояли, как было велено.

Связав хозяев стропой, произвели обыск, пользуясь подсказками Вахи. Мо, прибыв во двор, как заботливый гид, следовал за своим подопечным и ласково спрашивал, где что находится. Ваха незамедлительно отвечал. В этом аспекте у них с Мо установилось большущее взаимопонимание!

— Ничего особенного на точке не было, так, обычные нохченские «затарки», привычные для каждого, кто хоть единожды принимал участие в так называемой «зачистке».

С тыльной стороны дома, навес, под навесом короб с углем. Короб легко отодвигается в сторону, открывая ступеньки, ведущие в подвал. В подвале три камеры: двери железные, с настоящими «кормушками», как в обычном СИЗО. В одной из камер, четверо обросших наподобие Эдмона Дантеса типов, обряженных в какие-то неописуемые лохмотья. Все славяне.