Крепость большого леса

"

"Второй снова сунул руки в «мох», оглядываясь на разведчиков, что-то прокричал, дождался, пока из «мха» перед ним вылезет фасетчатый шарик на коленчатом упоре, выдернул руки и припустил вслед за напарником.

– Уйдут! – охнул Редошкин.

Максим отодвинулся на метр, выстрелил из «бластера».

Паутина прогнулась под ударом воздушной струи, породив волну электрического сияния.

Максим выстрелил ещё раз, но на сей раз горячий вихрь не вырвался из раструба «бластера», а синяя искра на торце «приклада» перестала мигать, погасла.

Он швырнул оружие на пол.

– Сдох, зараза!

Редошкин подал ему «фаустпатрон».

– Бей! Зря мы его, что ли, тащили?

– Останемся без мощной пушки. У меня в запасе всего один «теннисный мячик».

– По-любому надо догнать лётчиков, иначе их не остановить. Будут продолжать пакостить.

– Это уж наверняка. – Максим отбросил колебания, отступил ещё дальше и активизировал оружие, найденное в ракете «космических торговцев» ещё почти три месяца назад.

«Фаустпатрон» не подвёл.

Импульс неведомого поля превратил воздух в плазму, и возникший солитон снёс паутину как… впрочем, именно как паутину, клочья которой, просияв злыми электрическими молниями, унеслись в глубь зала, облепляя несколько «мшисто-грибных» «кочек». Одна из них, самая ближняя, за которой сидел сбежавший оператор, вскипела струями пара, превращаясь в букет полупрозрачных «водорослей».

Под потолком зала раздалось блеющее металлическое: бе-е-кл! бе-е-кл! бе-е-кл!

Разведчики метнулись в проход между «кочками», надеясь настичь бывших пилотов.

Добежали до угла помещения, суженного в форме луча звезды длиной около десяти метров. Беглецы нырнули сюда и оставили открытой дверь в самом остром углу, выдвинутую на штангах.

Максим замер на мгновение, прислушиваясь к своим ощущениям, нырнул в проём. Перед ним открылся неосвещённый коридорчик, в конце которого светилась щель выхода. И эта дверь была открыта, что заставило майора остановиться. Он не раз участвовал в боевых операциях, преследуя террористов и бандитов, и почти всегда натыкался на засаду или ловушку, если двери после бегства противника оставались открытыми.

– Что застрял? – выдохнул Редошкин ему в спину.

– Они не просто так сбежали… они отступили, приготовив какой-то сюрприз. Отходим назад!

– Давай я проверю…

– Назад!

Попятились, напрягая слух, и услышали множественное цоканье, донёсшееся из открытой двери в конце коридорчика.