Королевство шипов и роз

Забуду про болезнь, которая подкрадывается к пределам нашего двора, угрожая моему верховному правителю и его землям… А куда исчез Тамлин? Если бы опять возникла угроза, Ласэн наверняка бы знал. И торжества бы отменили.

— На этот раз я говорю вполне серьезно, — заявил Ласэн, пытаясь отобрать у меня бокал. — Тамлин мне кишки выпустит, если узнает, что ты пила фэйрийское вино.

— Ты всегда трясешься за свою шкуру, — усмехнулась я и залпом осушила бокал.

Внутри меня вспыхнул миллион крошечных фейерверков. Мои жилы наполнились звездным светом.

— Глупое человеческое существо! — прошипел он.

Я видела его без защитных покровов. Его волосы переливались, как расплавленный металл, красно-коричневый глаз пылал, словно кузнечный горн. Мне захотелось написать портрет Ласэна.

— Я хочу тебя запечатлеть. На холсте, — объявила я и захихикала.

Не помню, когда в последний раз я так смеялась. Наверное, в раннем детстве. Потом мне было не до смеха.

— Чтоб мне свариться в Котле и заживо изжариться, — пробормотал ошеломленный Ласэн, и я опять захихикала.

Раньше, чем он успел очухаться, я налила второй бокал, который тоже выпила залпом. Никогда еще я не пробовала столь восхитительного напитка. Фэйрийское вино освободило меня от невидимых пут. Я и не подозревала, сколько их у меня.

Музыка превратилась в пение сирен. Мелодия притягивала магнитом. Я не могла ей противиться. Все вокруг было прекрасным и полным радужных обещаний. Я наслаждалась прохладой росистой травы под босыми ногами.

Небо превратилось в громадный пруд из расплавленного аметиста, сапфира и рубина. Они темнели, становились цвета оникса. Мне захотелось поплавать в этом пруду, искупаться в его красках и ощутить звезды, перемигивающиеся у меня между пальцев.

Я споткнулась и только сейчас поняла, что стою возле самого круга танцующих. Музыканты самозабвенно играли на фэйрийских инструментах. Я покачивалась, любуясь фэйри, что танцевали вокруг костра.

"— Черт тебя побери, Фейра! — прошипел Ласэн, хватая меня за руку. — Ты хочешь, чтобы я свернул себе шею, уберегая твою смертную задницу от поцелуя с острыми скалами?

— Что? — я повернулась к нему.

Весь мир повернулся вместе со мною. Не помню, чтобы прежде он вертелся с такой легкостью. Мне это очень понравилось.