Королевство серебряного пламени

Они оба застонали. Неста извивалась. Казалось, Кассиан знал, что тем самым мучает ее еще сильнее. Ее лоно оставалось пустым, пока он не пожелает туда войти. Он еще раз облизал стенки лона, остановился, взял в рот клитор, слегка сдавил зубами и начал снова.

Потом опять. И опять.

Он поглощал Несту, растворяя ее тело, словно кусочек шоколада у себя на языке.

Ей было этого не выдержать. Она сдавила себе грудь, отчаянно желая больше прикосновений и ощущений. Приподняв голову, Кассиан увидел, что она мнет свою грудь. Улыбнулся, сверкнул белыми зубами на фоне ее раскрасневшихся бедер.

– Хочешь увидеть меня стоящим на коленях перед тобой? – спросил он, и его слова ударили ей прямо в лоно. Вскоре там очутился его язык. – Судя по твоему вкусу, хочешь.

Неста изогнулась, двинула бедрами навстречу его языку, но Кассиан лишь засмеялся и не дал ей желаемого. Он еще раз неторопливо облизал пространство вокруг клитора, а когда потянулся к этому чувствительному узлу, просунул ей в лоно два пальца.

Два, не один, поскольку знал, что ей хочется его настоящего вхождения: грубого и необузданного.

"– Как ты хочешь? – прерывисто дыша, спросил Кассиан.

Его пальцы опять влетели в ее мокрое лоно, добиваясь ответа.

– Пожестче, – выдохнула Неста.

– Хвала Матери, – пробормотал Кассиан.

Неста услышала металлический щелчок, затем шелестение кожи доспехов. Кассиан продолжал ласкать ее языком: сначала клитор, затем живот, груди… пока не оказался на ней.

Кассиан передвинул Несту подальше на кровать.

Он сполз к лобку. Глаза у него были распахнуты настолько широко, что Неста видела белки. Он открыл рот, но она не хотела слушать его слова и не хотела знать, о чем он собирается сказать. Обхватив его лицо, она принялась неистово его целовать. Ее язык царапал ему зубы. Их губы плотно сомкнулись.

Головка члена терлась у входа в ее влажное лоно.

От его первого проникновения внутри ее вспыхнул огонь. Она шумно выдохнула ему в рот, закусила его нижнюю губу. Кассиан вошел чуть глубже.

И замер. Его член был таким большим и широким, что нахождение внутри лона отзывалось в теле Несты сладчайшей болью. Она не знала, уместится ли в ней его «достоинство» целиком. Кассиан дрожал, оставаясь в самом начале лона, словно думал о том же.