Королевство серебряного пламени

Где уж там говорить о снисходительности и понимании?

– Знакомый типаж, – скривила губы Неста.

Ее бабушка с материнской стороны была такой же, пока не умерла от застарелого кашля, перешедшего в опасную болезнь. Несте было семь, когда эта чопорная дама с суровым лицом, требовавшая, чтобы ее называли «почтенной бабушкой», до крови била внучку линейкой по рукам за ошибки во время уроков танцев. «Неуклюжая, никчемная девчонка! Напрасная трата моего времени. Может, теперь ты научишься внимательно относиться к моим требованиям».

Неста лишь облегченно вздохнула, когда это старое чудовище умерло. Элайна, не познавшая жестокостей воспитания «почтенной бабушки», плакала на похоронах, а потом регулярно носила цветы на могилу, рядом с которой вскоре появилось и материнское надгробие. Фейра была еще слишком мала и ничего не понимала, однако Неста ни разу не возложила цветов к могиле бабушки. На память о «линеечном» воспитании у нее остался шрам возле большого пальца левой руки. Цветы она носила только на могилу матери, где бывала чаще, чем думали сестры.

На отцовской могиле в окрестностях Велариса она не побывала ни разу.

– Я тебе не навредила, прогнав его? – наконец спросила Неста. – Он может вернуться?

– Нет, – покачала головой Эмери. – Думаю, твой отпор немного сбил с него спесь. А насчет вернуться… нет. Он входит в отряд своего лагеря Железный Гребень. От их земель сюда лететь несколько часов. Так что скорого возвращения можно не ждать. – Она усмехнулась. – Вообще-то, дядина семья не оставляет меня своим вниманием.

Неста открыла рот, но Эмери вновь слегка улыбнулась и переменила тему.

– А ты хорошо выглядишь. Намного здоровее, чем когда мы виделись… Когда же это было? Почти три недели назад. – Она оглядела Несту с ног до головы. – С тех пор ты больше не появлялась в наших краях.

– Мы перенесли наши занятия в Веларис.

– Я как раз сегодня собиралась тебе написать, да вот Беллис помешал.

– Мне это не по средствам, но спасибо тебе за хлопоты.

– Я могу заказать доспехи, а ты расплатишься, когда сможешь.

Это было щедрое предложение. Намного щедрее всего, что Неста видела в мире людей, когда отец пытался продавать свои деревянные фигурки за несколько жалких медяков.