Королевство гнева и тумана

Мне даже пришлось упереться в нее другой, татуированной ладонью. Иначе я повалилась бы на колени.

«Я — лето, я — лето, я — лето».

На этот раз мне даже не понадобилось сливаться с сознанием Таркина. Послышался уже знакомый щелчок, дверь застонала и ушла в стену. Я зашаталась, и Амрена вовремя меня подхватила.

— Паршивый замок, — прошипела она, вздрагивая не только от холодной воды.

У меня кружилась голова. Еще один такой замочек, и я точно лишусь бессмертия.

Но шарик магического света влетел в открывшуюся комнату, и мы оторопело замерли.

Мы ожидали, что сейчас вода из нового помещения вытечет наружу и смешается с коридорной, но этого не случилось. Вода замерла у невидимого порога, внутри было сухо и пусто, если не считать круглого помоста и пьедестала.

На пьедестале стояла небольшая свинцовая шкатулка.

Амрена осторожно потрогала воздух у невидимой преграды для воды. Убедившись, что и здесь нет ловушек и магической защиты, она прошла внутрь, оставляя мокрые следы на серых камнях. Оглядевшись и все еще морща нос, Амрена поманила меня за собой.

Я стремительно влетела и чуть не упала, попав из водной стихии в воздушную. Изнутри вода казалась черной стеной за стеклом.

— Не будем здесь прохлаждаться, — сказала Амрена.

Я целиком с нею согласилась. Мы тщательно оглядели пол, стены и потолок. Никаких скрытых механизмов. Никаких шатающихся камней, прикосновение к которым могло бы поднять тревогу в замке.

Размеры шкатулки не превышали размеров обычной книги. Свинцовая поверхность не отражала магический свет, а втягивала его в себя.

"Шепот был отчетливый, словно Амрена шептала мне на ухо: «Кто ты? Кто ты? Подойди ближе, дай себя учуять, дай себя увидеть…»

Мы замерли по обе стороны пьедестала. Шарик света висел над самой крышкой.

— Защитных заклинаний нет, — сказала Амрена. Я едва слышала ее голос. — Вообще никаких заклинаний. Бери шкатулку, и давай двигать обратно.

Одна мысль о том, чтобы прикоснуться к шкатулке, приблизиться к ее содержимому…

— Прилив начинается, — добавила Амрена, оглядывая потолок.

— Так рано?

— Возможно, море знает, что мы здесь. А здешнее море служит своему верховному правителю.

Если прилив застигнет нас раньше, чем мы сумеем выбраться…

Я сомневалась, что мои водяные зверюшки помогут. Как часто бывало, страх ударил в живот, но я оттолкнула его, собрала волю в кулак и подняла голову.