Королевство гнева и тумана

Взяв Таркина под руку, я непринужденно бросила:

— До встречи.

Что-то царапнуло по заслону в моем мозгу; что-то темное и могущественное.

Возможно, это было предупреждение: не забывать о главном.

Мне стало не по себе от сгустка мрачной силы, охотящейся за мной. Настолько не по себе, что я чуть ли не прижалась к Таркину. Я одарила верховного правителя Двора лета лучезарной, легкомысленной улыбкой. Уже не помню, сколько времени я так не улыбалась. Никому.

По другую сторону моего заслона больше ничего не скреблось.

Вот и хорошо.

Сокровищница, куда меня привел Таркин, была настолько вместительной и внушительной, что целую минуту я стояла разинув рот. Потом еще минуту я внимательно оглядывала полки, надеясь уловить проблеск ощущения, схожего с тем, что распространял Таркин. Той силы, которую я играючи вызвала в купальне.

— И ты говоришь, что это — лишь одна из сокровищниц?

Таркин привел меня в глубокое подземелье. Тяжелая свинцовая дверь открылась, когда он коснулся ее рукой. Чтобы не вызывать подозрений, я не стала присматриваться к замку.

Я чувствовала себя лисой, пробравшейся в курятник.

— Мои предки были жадными, если не сказать алчными, — усмехнулся Таркин.

Я шла мимо полок, вделанных в стену — крепкую, из скальной породы. Такую не сломаешь. Оставалось лишь рассчитывать, что кто-то перебросил бы меня внутрь закрытой сокровищницы. Но она наверняка окружена мощной магической защитой, подобной той, что оберегала жилище Риза и Дом ветра.

Сундуки, ломящиеся от жемчуга, ограненных самоцветов и самоцветов без огранки. Сундуки, переполненные золотом настолько, что оно вываливалось на каменный пол. Возле одной стены стояли необычайно красивые доспехи, отделанные золотом и серебром. Возле другой висели наряды, сшитые из тончайших тканей, похожей на паутину и звездный туман. Здесь были мечи и кинжалы — тоже с богатой отделкой эфесов и золотой инкрустацией лезвий. А книг не было.

— Неужели ты знаешь историю каждой вещи? — спросила я.

— Нет, только очень малой их части, — ответил Таркин. — У меня не хватало времени заниматься их историей.

Это меня успокоило. Возможно, он ничего не знает о Книге и не хватится ее.

Я повернулась:

— А скажи, какая вещь здесь самая ценная?

— Собираешься украсть?

Я изобразила непринужденный смешок:

— Неужто простой вопрос заставляет подозревать во мне жалкую, неопытную воровку?

Нет.