Королевство гнева и тумана

У иллирианцев есть одна особенность: раны на их теле заживают очень быстро. Когда Азриелю исполнилось восемь, братья решили проверить, быстро ли заживут раны, если намазать ему руки маслом и поджечь. Взрослые слышали его крики, но опоздали. Руки обгорели, а следы ожогов остались навсегда.

У меня к горлу подступила тошнота. И ведь после этого злодейства Аз еще целых три года жил там! Какие еще ужасы он перенес в отцовском доме, прежде чем попал в горный лагерь?

— А его братьев хоть наказали?

Лицо Риза стало похожим на камень, ветер и море.

— Не сразу. Потом, — с убийственным спокойствием ответил он.

Мне расхотелось выяснять подробности, и я задала другой вопрос, который тоже меня занимал:

— Скажи, а чем в твоем внутреннем круге занимается Мор?

— Я призову Мор в том случае, если армия потерпит поражение, а Кассиан с Азриелем будут убиты.

— Значит, Мор — твой резерв? — спросила я, а в душе все заледенело.

— Нет. Будучи моей второй заместительницей, Мор… наблюдает за придворной жизнью.

— А Амрена?

— Она — моя советница в политических делах. К тому же Амрена — ходячая библиотека. Она же делает для меня всю грязную работу. Я назначил ее своей первой заместительницей сразу же, как получил власть. А моей советницей и другом она стала задолго до этого.

— Скажи, может ли война оказаться настолько тяжелой, что ты лишишься армии, Кассиан и Азриель погибнут и даже… Мор не станет? — спросила я.

Каждое слово ощущалось на языке куском льда.

Риз замер, глядя на отвесный кусок скалы. Там даже мох не рос.

— Если такое случится, я найду способ разрушить заклинание, удерживающее Амрену в теле, и ее сила выплеснется во внешний мир, круша все на своем пути. Я попрошу ее, чтобы перво-наперво она оборвала мою жизнь.

— Кто она вообще? — спросила я, хотя после сегодняшнего утра могла бы не задавать столь глупый вопрос.

— Она — нечто иное. Нечто такое, что хуже нас. Если она когда-нибудь отыщет способ разрушить свою тюрьму из плоти и крови… храни Котел нас всех.

Я снова вздрогнула и уставилась на отвесную каменную стену.

— Послушай, мне на нее не забраться, — призналась я.

— А тебе и незачем, — сказал Риз.

Он приложил ладонь к каменной поверхности, и я увидела вспышку света. Еще через мгновение стена исчезла, как исчезает мираж.