Толмач

А по окончанию рассказа, оглядевшись, неожиданно уточнил:

– Вы, молодой человек, где сидели?

– Вон там, – кивнул Егор головой в нужном направлении.

– А дамы, я так понимаю, тут, – ткнул урядник в столик женщин.

– Верно, – кивнул парень.

– А этих двух вы чем так? – осведомился полицейский, присаживаясь на корточки над телом первого подонка.

– Кулаком, – зло усмехнулся Егор, демонстрируя ему означенный предмет.

– Лихо. Это где ж вы такому научились? – удивился урядник.

– Как уже было сказано, мой отец был боевым офицером, – хмыкнул Егор.

– Выходит, это он вас такому обучил? – не отставал полицейский.

– И не только. Сейчас я с казаком тренируюсь. Впрочем, к делу это не относится. Если вы закончили с вопросами, то мне пора, – жестко произнес парень, дерзко глядя ему в глаза.

– Я, сударь, на службе и спрашивать стану столько, сколько сочту нужным, – зашипел урядник в ответ, быстро поднимаясь.

– Это вряд ли, – хмыкнул Егор. – Если у вашего ведомства возникнут ко мне вопросы, милости прошу в имение. Где я живу, уже сказано.

"– Учтите, сударь, ежели дознатчик вас по означенному адресу не найдет, вас станут искать как самозванца, – сурово пообещал урядник.

– Свое имя я вам назвал. Фамилию эту я ношу с рождения и тем горжусь, – вскинув подбородок, жестко ответил парень.

– Позвольте узнать ваше имя, сударыня, – кивнув, повернулся урядник к даме.

– Графиня Ухтомская, Вера Ильинична. А это моя дочь, Татьяна, – ловко обмахиваясь веером, ответила дама тоном, от которого молоко могло прямо в вымени свернуться.

– Что ж. Мне все понятно, – помолчав, задумчиво протянул урядник. – Вы, господа, можете ехать. Возникнет нужда, дознатчик сам с вами встретится.

– Честь имею, – щелкнул Егор каблуками и, подойдя к стойке, за которой столпился весь персонал кофейни, поинтересовался: – Сколько я должен, любезные?

– Ровно рубль, сударь, – первым отреагировал дородный, с обширной лысиной мужчина в белоснежном переднике.

– Знаю, – спокойно кивнул Егор, доставая деньги. – Извольте. Должен признать, кофе у вас варить умеют. Буду знать, куда за ним приезжать.

– Милости просим, сударь, – чуть поклонился мужчина, заметно подобрев.

Заплатив и попрощавшись, Егор вышел на улицу и, не спеша оглядевшись, направился к своей карете.