Король Масок. Том 2 (СИ)

Неспешно набрал текст сообщения, выбрав деловой и сдержанный тон. В письме я ясно дал понять, что у меня имеются доказательства их торговли людьми, и что, если они не хотят полной огласки, им придётся заплатить. Чтобы подкрепить свои слова, я прикрепил несколько скриншотов с перепиской. Ровно столько, чтобы они поняли серьёзность ситуации — этих скринов хватит, чтобы кланом заинтересовался Совет Десяти и начал поверхностную проверку.

Закончил сообщение следующими словами:

«Через три дня я опубликую третье видео.

— Ролик готов, — объявила Мия.

— Давай посмотрим.

Получилось так же хорошо, как на первом видео.

— Выкладывай, — довольно кивнул я. — А письмо отправь, когда просмотры перевалят за десять тысяч. Думаю, к тому времени Беттихеры точно его посмотрят.

— Поняла.

Закончив с этим делом, я продолжил подготовку к Академиуму.

* * *Город Кижеград.

Валентин сидел в кафешке и устало смотрел в окно, на проходящих мимо людей. Вчера утром он проиграл последние деньги, и его вышвырнули из казино.

Но ничего, в следующий раз он точно отыграется…

— Вам что-то подать? — вежливо спросила подошедшая официантка.

— А у вас вода бесплатная? — неловко спросил Валентин.

— Да, — сдержанно кивнула девушка. — Сейчас принесу.

Валентин горько вздохнул и снова посмотрел в окно. Не хотелось ему ввязываться в новое задание… Одних Беттихеров с их грязью хватило.

Официантка принесла воду и ушла. Валентин отхлебнул, достал смартфон и перечитал задание.

Нужно проникнуть в квартал клана Григорян и залезть в дом Марата и Анастасии — родителей некой Лилит Григорян, чтобы узнать детали её исчезновения."

"В прошлый раз Беттихеры — топ-91. Теперь Григоряны, топ-77. А в следующий раз куда его пошлют? К Ломоносовым?

Валентин в очередной раз горько вздохнул и почесал голову.

Он поднёс телефон ко рту и спросил:

— Можно аванс? Поесть хочу.

На экране появился текст:

«10 рублей».

— Спасибо, — пробормотал Валентин.

Этого хватит, чтобы не голодать пару дней.

К ночи город Кижеград окутали тени, улицы постепенно пустели, и лишь редкие прохожие спешили домой.