Конкистадоры

Вызвали из крестьян охотников здесь остаться, отстояли в церкви молебен и тронулись дальше. Корабли плыли вдоль поросшего соснами берега, который вскоре перешел в степь, и вот появились пальмы. Переселенцы пообвыкли, корабельная жизнь уже не пугала своей непонятной суетой. Да и океан не страшил, берег вот он, рядом. Мужчины от безделья помогали матросам, девки строили глазки, детвора с визгом носилась по палубе, вынуждая моряков хвататься за сердце и отчитывать нерадивых мамаш. Море не прощает беспечности. Незаметно вошли в тропические широты, район вечного лета.

Красота! Из воды выскакивают рыбины с крылышками, как у стрекозы, за ними наперегонки бросаются дельфины. Незаметно подошли к большому острову. Здесь корабли высадят пассажиров и с товаром отправятся в Картахену. Переселенцы немного отдохнут и небольшими группами переедут на Гваделупу. Этот остров выбран на роль перевалочного пункта. Какая-то часть рассеется по островам и Новой Гранаде, основная масса выберет для себя инвентарь да прочее хозяйственное имущество и отправится в устье Амазонки. Там последний пункт сбора, где подготовлены скот, птица и тягловые лошади.

Губернатор Нассау встретил родню Счастливчиков лаской и заботой. В общем-то бояре остановились в домах Саши и Вовы, порадовались богатой обстановке и уюту. Да и приехавшие с ними дворяне не остались на улице. Черная деревня с военным лагерем вместили всех, включая крестьян, татар и казаков. Первый день не обошелся без криков и наказаний. С десяток мужиков перепились вместе с пиратами и наутро были нещадно высечены кнутом.

Суровая кара настигла и татар. В пьянстве уличили немногих, а вот беглых оказалось без малого полсотни. На предыдущей стоянке они скрылись с княжеских глаз и остались на золотом промысле. Не уследившие сотники и полусотники под кнутом истошно визжали и клялись в верности, обещая искупить провинность преданной службой.

Бояре Андрей Александрович и Борис Андреевич не собирались надолго задерживаться в Нассау. Груз ответственных дел неволил быстрее отправляться в Картахену, на встречу с епископами.

Требовалось как можно скорее разобраться с владениями, правильно назначить посадников и воевод. И крестьян следовало, не мешкая, посадить на землю, а то лодырничают уже с полгода. Посему на любезные разговоры с бароном Бреда времени совсем не оставалось, но и отказывать нельзя. Что ни говори, а они гости в чужой земле, отказать хозяину — не столько его обидеть, сколько себе навредить.