Конфликт интересов

Он произносит еще кучу каких-то терминов, но для меня это как международное право для первокурсника. Ничего не понятно, но звучит впечатляюще.

— Отдыхайте. И сообщите медсестре, если что-то начнет вас беспокоить. На живот ни в коем случае не ложиться.

— Мне кажется, это сейчас просто нереально сделать.

Доктор кивает и покидает мою палату.

У меня все еще слегка кружится голова и тело одолевает слабость, которой я поддаюсь, и уплываю в сон. Тяжелый, но без сновидений. Больницы всегда давят на меня. Ненавижу их еще с детства, когда в пятилетнем возрасте мама не могла лежать со мной в инфекционном отделении, где я боролась с гепатитом.

Я видела ее только в окне, и каждый раз плакала, когда мама была вынуждена уехать. Спасибо неравнодушным женщинам из моей палаты, благодаря им я не чувствовала себя брошенной и одинокой. Но с тех пор у меня стойкая аллергия на зеленую эмалевую краску для стен и запах спирта и хлорки. Слава Богу, в нынешнее время существуют одноместные платные палаты c белыми стенами, и я могу позволить себе одну из них, чтобы с комфортом пережить эти дни.

— Кролик, ну как ты? – с порога спрашивает Марта, влетая в палату.

— Девушка, накидка, — летит за ней медсестра, растянув в руках полупрозрачную полипропиленовую тряпицу.

Марта раздраженно выдергивает из рук медсестры накидку и демонстративно набрасывает ее на плечи.

— У меня тут сестра при смерти, а вы мне с накидкой.

Медсестра ничего не отвечает, но улыбается и качает головой, покидая палату.

— При смерти? – вяло спрашиваю я.

 – Ты в своем уме?

— Когда мне позвонила твоя помощница Оля, я думала в обморок рухну.

— Маме с папой, надеюсь, ничего не рассказала?

— Нет, — отвечает Марта, подтянув стул к кровати и сев на него. – Испортить им путешествие? Это же аппендицит. Пустяк.

— Только что ты сказала, что я умираю.

— Это для большего драматизма, чтобы этот постовой Цербер отвязался от меня как можно скорее. Ну как ты?

— Да нормально, — отвечаю, а потом снижаю звук телевизора. – Врач сказал, что максимум дней через пять меня выпишут.

— Поедешь ко мне. Я буду о тебе заботиться.

Я отмахиваюсь от сестры.

— Не чуди, я дееспособная. Ну, буду, когда выпишут.

— Да ты в туалет ходишь через трубочку, — возмущается она.

— Завтра утром должны снять катетер, и я смогу вставать. Не перегибай.

— А что тебе из еды можно? А то я пришла с пустыми руками. В конце концов, ты первая в нашей семье, кто слег с такой фигней.

— Здесь меня будут кормить, не надо ничего.