Кондуктор, нажми на тормоза

Радик поднес палец к губам, призывая девушек молчать.

– Мы ничего не видели! – с истеричным надрывом крикнула одна.

Но Радик в ответ мог лишь усмехнуться. Видела она все и расскажет, как было дело. Но ему-то чего бояться? На лице маска, глушители на стволах, стреляные гильзы в барабане. А то, что останутся следы от его кроссовок, так это не беда...

Они стремительно вышли из кафе и бесшумно растворились в темноте лесопаркового массива. Василий остановился и быстренько обработал следы хлорной известью из заранее припасенного пузырька.

Свою форму они оставили в тайнике на полпути к машине. Переоделись, сложили одежду в баул, туда же бросили и оружие. Благополучно добрались до «Опеля». Все спокойно. Только на душе зудит какой-то нерв. Не испытывал Радик угрызений совести, но и не было чувства гордости и удовлетворения, которое обычно возникало в нем после успешного выполнения боевого задания.

На обратном пути к Тихову Линьков подъехал к реке, набросал в баул камней и забросил его в воду.

– Теперь все...

Что называется, концы в воду, мысленно отметил Радик.

– Вот так, лейтенант, мы теперь с тобой кровью повязаны, – закуривая, сказал Линьков.

Радик молча кивнул. Конечно же, он никому ни о чем не скажет. Дураку же ясно, что их с комбатом самодеятельность тянет на высшую меру наказания. А ему это не нужно.

– Никого не убивали, ничего не делали, – расслабленно улыбнулся Линьков. – Но все равно спасибо, братишка... Да, кстати, Кривунов на повышение идет, как ты смотришь на то, чтобы роту его принять?.

Радик смотрел на это положительно. Но ему не хотелось думать, что предстоящее повышение было платой за кровь, которую он пролил на пару со своим командиром...

* * *Начальник караула – должность ответственная, особенно в бригаде специального назначения. Шутка ли – девять постов... Но ничего, Радик справился. Первый блин в этой части не вышел для него комом.

В казарму он возвращался с чувством исполненного долга.