Конец света отменяется

От недавно так восхищавших ее негритянских косичек девочка отказалась, от обычных косичек – тоже. Теперь у нее были гладкие волосы длиной до лопаток, и эта простая прическа ей необыкновенно шла, делая лицо тоньше и значительней. Раньше казавшиеся неинтересными светло-русые волосы словно светились. Катька наскоро мазнула помадой по губам, подхватила сумочку и кинулась к дверям – успеть пообщаться с Севой, прежде чем подтянутся остальные. Евлампий Харлампиевич солидно пошлепал следом.

– Вадькин ноутбук возьмите! – успела крикнуть мама.

– Они разобьют! – очнулся от полусна Вадька.

– Не разобьют. А ты чемодан бери, не мне же его тащить! – скомандовала мама.

Пятясь, он выволок чемодан за дверь: только очки поблескивали над чемоданом и ноги семенили – под ним. Близняшки подхватили Муркин рюкзак и Кисонькин чемодан и побежали вниз. Пролетом ниже обнаружили Вадьку – тот сидел верхом на чемодане и спал.

– Опять всю ночь в Интернете торчал, а теперь глаза продрать не можешь? – авторитетно рявкнула у него над ухом Мурка.

Вадька едва не сверзился с чемодана, очумело завертел головой, бормоча:

– Я что – я ничего… Ну чего ты кричишь, мам? – потом разглядел девчонок и надулся. С хихиканьем они помогли ему вытащить чемодан из подъезда и доволочь до машины.

– Катька решила с Кисоньки пример брать – на неделю в Бердянск берет шмоток, как на месяц в Канны? – рассмеялся шофер, забрасывая чемодан в багажник просторного мини-вэна. – Привет, ребята! Надеюсь, в этот раз каникулы обойдутся без погони и стрельбы?

– Здрасте, Володя, – пробормотала Мурка, забираясь в машину.

В креслах уже сидели Катька с гусем на руках и недовольный Сева.

– Саляму я все указания дал, если что, он нам позвонит, – пробурчал парень. Идея отдыха в самом начале лета, когда город еще не затих в отпускной истоме, а по-прежнему живет и совершает преступления, ему категорически не нравилась. Преступления – это клиенты, а клиенты – это деньги… и мимо нашей кассы! Примиряло Севу с поездкой только то, что она бесплатная.