Коломбина для Рыжего

Довольно. Сердце пропускает длинный удар, прежде чем я вспоминаю, что мы играем роль и поднимаю на него глаза. Но Бампер уже отворачивается к гостье.

– Света, я рад, что моя девушка тебе понравилась. Мне она самому по душе, поэтому надеюсь, что с фильмом ты не задержишься. Не маленькая, должна понимать, чего мы хотим, раз уж остались одни.

Его рука на моем плече, и я стараюсь дышать ровно. Близость Рыжего заставляет сердце стучать слишком громко.

– Да знаю я, Витюша! Помню твой темперамент. Правда не знала, что теперь по тебе секундомер плачет.

– Черт с тобой, Светка! Смотри! Когда-то же этот Шерлок закончится!

Рыжий отходит и падает на постель почти бесшумно. Я все еще надеюсь, что блондинку посетит здравая мысль, но напрасно.

Ну и вечерок! А еще… я совсем не помню, куда бросила джинсы с футболкой и куртку. Кажется, скинула просто на пол гардеробной.

– Нет, Тань, так не пойдет! Что ты как неродная? Иди сюда, я замерз!

Я даже не успеваю спросить «куда?», а руки Рыжего уже сгребают меня, затаскивают на постель и укладывают на привалившегося к стене парня.

– Тихо, Коломбина, не съем я тебя! Полежи спокойно, что о нас Светка подумает? Этой акуле только дай повод усомниться – раскусит в момент! И потом… мне и, правда, холодно.

Внезапная близость Бампера лишает сил, дыхание обжигает затылок, и я едва могу пробормотать, впившись пальцами в его ладони:

– Врешь.

– Вру, – легко признается он. – Но тебя не отпущу, пока она здесь. Ты мой щит, помнишь?

– Да.

Я отпускаю его руки, глубоко вздохнув, и он тут же шепчет в ухо:

– Верни, Коломбина, мне понравилось. – Но у меня хватает сил упрямо качнуть головой.

– Нет.

Я еще не касалась его рук вот так, просто чувствуя их тепло и силу, поглаживая кожу, запоминая форму костяшек, вплетаясь пальцами… Прикосновение бьет по мне обнаженным нервом и кажется очень интимным.