Последняя гастроль госпожи Удачи

Реакция матери? «Перестань реветь, ты взрослый, малыш просто играл, он не нарочно. Сам виноват! Надо было дурацкую поделку подальше убрать». Реакция отца? «Вот и хорошо, что модель сломалась. Ты хотел первое место занять, нос задрать, возгордиться, а это очень плохо». Слов о том, что фрегат сох на письменном столе в моей комнате, куда Трофиму с мячом заходить незачем, фразы «Брат нарочно мое творение уничтожил, он тоже хотел в конкурсе участвовать, но терпения не хватило модель собрать» я не произнес.

Учтите, мне тогда было десять, Трофиму девять. Он маленький-маленький, ему все можно, а я взрослый мужик, которому следует крошку опекать, любые проступки ему прощать. Стало ли мне горько, когда после смерти отца завещание вскрыли? Нет. Я знал: ничего не получу. — Сивков посмотрел мне прямо в глаза. — Нет у меня обиды на отца. Наоборот, я ему благодарен. И матери тоже. Люби родители меня как младшего сына, заворачивай меня в вату, получился бы из Коли второй Троша. Но мне пришлось самостоятельно добиваться успеха, поэтому я научился стойкости, умению падать. Разбил нос в кровь? Вставай, утирайся и шагай дальше, не жалея себя.

— Мы нашли Анну Гудкову, бывшую домработницу Сивковых. Она рассказала правду о том, почему Трофим сел в коляску, — сказал Собачкин.

— Анечка, — улыбнулся Николай, — студентка из провинции. Жила в общежитии, денег не было, училась в Строгановке. Талантливая девушка, сейчас рисует иллюстрации к детским книгам.

Ее наняли, чтобы с Трофимом гулять, уроки делать, сидеть с ним вечерами, когда родители в гости или театр ушли. Она стояла на горке, видела все, но когда попыталась меня защитить, ее сразу выгнали. Родители верили только Трофиму.

— Так что случилось? — спросил Собачкин.

Сивков откинулся на спинку кресла.

— Уверен, вы знаете версию Геннадия Николаевича, он ее изложил в завещании. Старший сын, завистливое злобное существо, толкнул младшего брата, тот упал и сломал позвоночник.

— А как было на самом деле? — прищурился Собачкин.

— Вы же говорили с Анной, — поморщился Николай.

— Да, — согласился Дегтярев, — у нее другая версия. Трофим катался на ледянке, которую ему купила мать. А Николай ездил стоя, у него не было ничего, похожего на санки. Младший брат решил повторить то, что делал старший. Аня остановила подопечного: «Не надо, это очень опасно. Склон крутой, лучше потренируйся вон там на небольшой горке».