Комната убийств

На каминной полке стояла вереница фарфоровых фигурок, а над ней висел масляный портрет. Женщина восемнадцатого века, с поджатыми губами и сверкающими глазами, в сильно декольтированном платье из дорогого синего атласа, держит в длинных пальцах апельсин — так осторожно, будто ждет, что он сейчас взорвется. У дальней стены стоял буфет со всевозможными фарфоровыми чашками и блюдцами, розовыми и зелеными. Правая сторона комнаты создавала определенное впечатление, выгодно выделяющее леди Суотлинг.

Хозяйка офиса взяла инициативу в свои руки.

Не успели Кейт или Пирс открыть рот, как она уже говорила:

— Вы здесь, конечно, в связи с трагедией в музее Дюпейна — смертью Селии Меллок. Естественно, я хочу помочь вам в ваших поисках, если смогу; только непонятно, в чем именно может заключаться моя помощь. Мисс Дюпейн наверняка сказала вам, что Селия оставила школу весной прошлого года, отучившись лишь два триместра. У меня нет никакой информации о ее дальнейшей жизни и занятиях.

— При любом убийстве нам нужно знать о жертве как можно больше, — сказала Кейт.

 — Мы надеемся услышать о Селии хоть что-нибудь. Например, о ее друзьях, какой она была учащейся, интересовалась ли она музеями?

— Боюсь, я не смогу. С такими вопросами следует обращаться к ее семье или к людям, которые ее знали. Эти две трагические смерти не имеют никакого отношения к Суотлинг.

Пирс уставился на леди Суотлинг, и в его взгляде смешались восхищение и презрение. Кейт знала этот взгляд: леди Суотлинг ему не понравилась. Он вкрадчиво сказал:

— И все же связь есть, не правда ли? Селия Меллок здесь училась, мисс Дюпейн входит в правление, здесь работала Мюрел Годбай, а умерла Селия в музее Дюпейна.

Боюсь, при убийстве приходится задавать вопросы, ставящие невиновного в не менее неловкое положение, чем виновного.

«Пирс придумал эту фразу заранее. Разумно, и он еще этим воспользуется», — сказала про себя Кейт.

На леди Суотлинг слова Пирса произвели впечатление.

— Училась Селия неудовлетворительно — главным образом потому, что была несчастным ребенком и ее совершенно не интересовало то, что мы могли предложить, — начала она.

 — Мисс Дюпейн не хотела ее брать, но леди Холстед, с которой я знакома, была очень настойчива. Девушку выгнали из двух предыдущих школ, и мать с отчимом очень хотели, чтобы она получила хоть какое-то образование. К несчастью, Селия пришла сюда не по собственному желанию, а такое начало не обещает ничего хорошего. Как я уже вам говорила, я ничего не знаю о ее жизни до школы.