Когда Судьба настаивает

Закуски и напитки упакуйте нам с собой и вызовите для нас такси!

– Хорошо, – кивает официант и уходит.

– Ну Артууур, ну, почему? Ну давай ещё посидим! – тянет слова Нинель.

– Нинель, послушай! – она, услышав своё имя, морщится, – если ты хочешь, чтобы я и дальше тебя называл Ниночка, разговаривай нормально. Ты слышала хоть раз, чтобы моя жена позволила себе такие интонации и такую манеру речи? Правильно. Не слышала. А знаешь, почему? Потому что умные самодостаточные женщины так не разговаривают! Запомнила?

– Да! – надувает губы, но соглашается Ниночка.

– Вот и отлично! А теперь убери руку с моего бедра, будь добра, а то мне из-за стола будет не встать. Банкет продолжим у тебя дома. Ты же не против?

– Нет. Как скажешь, Артур! – отвечает Ниночка уже почти нормальным голосом.

– Вот и молодец. Можешь же, когда захочешь! – усмехаюсь я.

– Ваш счет! – появляется официант с коробками.

Я, глянув на счет, мысленно усмехаюсь – этот немецкий айсберг почти полностью его и оплатил. Ну, да ничего! С него не убудет! Падла! Как же он Лизу то уболтал, а? Нет, не верю я, что они всего несколько дней назад познакомились!

Целоваться с Ниночкой мы начали ещё в такси, едва машина тронулась по адресу её проживания.

В определенных вещах.

И к тому же очень умелая в любовных утехах. Завела меня с пол-оборота, будто мне не почти полтинник, а снова двадцать. Как когда-то с Лизой.

Только уже сползая с Ниночки и стягивая презерватив, я осознал, что всё это время я представлял именно жену.

"Да что за черт! Это меня так этот Штерн и его ухаживания за моей женой зацепили? Не хватало ещё мне умом на ней сдвинуться! Знаю я, чем они там сейчас занимаются! Он её весь вечер взглядом прожигал, ручки, пальчики её целовал, не выпуская.

А она точно придет, я знаю! Штерн этот не зря же не женат столько лет, явно у мужика проблемы какие-то в отношениях с женщинами! Говорят, что его жена сбежала от него много лет тому назад, вот его и переклинило.