Пояс Ориона

Никто из нас женщин не бьёт!

– Из кого – из вас? – осведомилась Тонечка, открывая первую страницу.

Альбом начинался с фотографии ослепительной красавицы в алом открытом платье и Кондрата Ермолаева, запакованного в негнущийся костюм и белую сорочку, застёгнутую под шеей, как у американских фермеров пятидесятых. Вид у красавицы был загадочный, а у Кондрата довольно мрачный. Рыжая борода словно сама по себе светилась на фоне лица, почти такого же белого, как сорочка. Вместе они смотрелись… странно.

Тонечка ещё немного поизучала фотографию.

– Менее подходящих друг другу людей найти трудно, – проговорила она задумчиво. – Где он её добыл, такую жену?..

– Откуда мы знаем, подходят они друг другу или нет, Тоня! Может, они идеальная пара?

– Оно и видно, – согласилась Тонечка. – В любой идеальной паре муж пьёт и дерётся, а жена грозит выложить в сеть побои и закатывает по ночам скандалы. Это показатель идеальности. Ты не знаешь, он родом отсюда, из Нижнего?

– Да. Насколько я помню.

– А она?..

– Давай ещё по одной тяпнем.

Они тяпнули – Герман решительно, Тонечка задумчиво.

И перевернула страницу.

Альбом заполняла собой красотка Гелла Понтийская – практически до краёв. Вот зимние забавы – Гелла на фоне снегов в пушистой шапке, губы сильно выпячены, глаза расширены, подбородок задран. Вот рабочие будни – Гелла на фоне гримировальных зеркал, волосы подвиты, губы выпячены, глаза расширены, подбородок задран. А вот заслуженный отдых – Гелла на фоне домашнего уюта, волосы, глаза, губы и подбородок в прежнем виде.

– Сплошные селфи, – констатировала Тонечка. – Интересно, она сама всё это распечатывала и вставляла в альбом или любящий муж?..

Здесь же в альбоме оказалась вклеена статья из цветного журнала. Опять фотографии – Гелла в алом платье с открытыми плечами рядом с кирпичной стеной, Гелла в розовом платье с глубоким декольте вблизи фонтана, окружённая купами роз и примул, Гелла в лиловом платье средь шумного бала, случайно.

– «Мой мужчина очень мужественный, – Тонечка принялась читать наобум, – и в то же время очень нежный.

– Сладостные воспоминания на этапе? – переспросил Герман. – Занятно.