Пояс Ориона

Ещё одна дверь вела в смежную комнату, из-под неё пробивалась полоска света.

Тонечка подкралась и очень осторожно заглянула.

И увидела письменный стол, на котором стоял электрический чайник и пара кружек, диванчик со свёрнутым пледом, книжный шкаф под потолок, на стуле навалено какое-то барахло.

Она ретировалась на цыпочках, изо всех сил стараясь ничего не задеть, прошла первую комнату, вернулась в туалет и перевела дыхание.

В этот момент коридор осветился, и директор позвал громко:

– Антонина! Всё в порядке?

– Всё, всё в порядке! – прокричала Тонечка, повернула кран и хлебнула из ладони ледяной воды.

Наспех открыла дверцы стоящего тут же шкафчика, где, по всей видимости, уборщица держала своё хозяйство, заглянула и выскочила из туалета.

– Как же холодно у вас!..

– А это чего такое? – спросил Родион.

У самого выхода стояла непонятная загогулина, а к ней был привешен начищенный медный колокол.

– Это рында, – объяснил директор. – Корабельный колокол. Раньше рынды была средством оповещения и для команды, и для других кораблей, если в тумане ничего не видно.

Тонечка натянула куртку и обмоталась шарфом. Руки у неё тряслись немного – от холода и волнения.

– А это спуск на воду, – директор показал на огромные цветные фотографии. – Вот сам корабль, вот строители, а это – крёстная мама.

– Чья?

Директор улыбнулся.

– Корабля. Когда корабль спускают на воду, его крестят.

– Как?!

– По-настоящему. Разбивают бутылку вина, когда он касается воды. И для этого приглашают женщину, которая и становится крёстной матерью.

– Да ну?!

– Вот тебе и ну, – передразнила его Тонечка. – Бежим, мы с тобой и так задержались!

– А можно мне в рынду бабахнуть?

Тонечка посмотрела на директора.

– Не бабахнуть, а ударить, – поправил тот. – Ударь, конечно.

Родин потянул за канат, колокол отозвался высоким медным голосом, очень громким.

– Я ещё раз, можно?!

И ещё раз ударил.

– У нас примета есть, – рассказал директор. – У того, кто бьёт в эту рынду, исполняются все желания.

У Родиона в последнее время появились несколько желаний, и он страстно хотел, чтобы они исполнились.

Все! Не одно, а чтоб все!..

Рында уж точно поможет, решил он. Не зря он сразу её заприметил!..

Они попрощались и стали спускаться по лестнице.

– Слушай, – заговорил Родион, – у них там картины, я посмотрел. Она очень страшная, называется «Ремонт доменной печи», ты не видела?

Тонечка помотала головой и у самого выхода придержала его за плечо.

– Тихо, – прошептала она мальчишке на ухо.